Тайны и загадки древнего сирийского города Угарит

16 октября 2019 в 14:25

В конце 1920-х плуг крестьянина, пахавшего в районе гавани Минет-эль-Бейда на севере Сирии, заскрежетал по камню. Под ним оказались плоские плиты, скрывавшие подземелье с красиво расписанными вазами. Вряд ли пахарь понял значение своей находки. Эта разноцветная керамика привела к открытию древнего города и одновременно — истоков алфавита, на котором основана наша нынешняя письменность.

Первые упоминания об Угарите

Эксперт парижского Лувра определил сосуды как завезенные из микенской Греции ранее 1100 до н.э., что вызвало недоумение среди ученых. В 1929 изучать Минет-эль-Бейду и вообще сирийское побережье отправился один из ведущих французских археологов Клод Шеффер.

До этих исследований о древнейшем населении Сирии, Ливана и Палестины было мало что известно. Библия говорит о земле Ханаанской, заселенной хананеями, греко-римские источники — о финикийцах. Однако библейский Ханаан соответствует Палестине — «Земле обетованной», куда израильтяне никийцы были мореходами, населявшими прибрежные города. Это несоответствие отражает серьезные изменения, происшедшие на Ближнем Востоке в конце II тысячелетия до н.э.

Считается, что израильтяне вторглись в Ханаан около 1200 до н.э. параллельно с появлением там других чужеземцев, включая микенских купцов. Около 1200 до н.э. приморские земли страны захватили эгейские индоевропейские «народы моря», известные как филистимляне (от них и пошло название Палестина — «страна филистимлян»), а примерно через 200 лет северную часть Леванта захватили кочевники арамеи. Хананеи были постепенно вытеснены или ассимилированы, а их культура оказалась забытой — до начавшихся в 1929 работ Шеффера.

Арамеи потеснили хананеев к побережью нынешнего Ливана — местам, известным грекам как Финикия. Здесь был строевой лес и удобные гавани. Новоселы, освоив судостроение и мореходство, создали целую средиземноморскую империю с колониями на Кипре, Мальте, в Сицилии, Северной Африке и Испании.

Дворец в Угарите

Собирая по крупицам историю руин, ученые установили, что здесь стоял город Угарит, упоминавшийся в архивах двух египетских фараонов — Аменхотепа III и Эхнатона (ок. 1400 до н.э.). Шеффер обнаружил пять культурных слоев, датируемых периодом 6500—1200 до н.э.

В 1948 археологи раскопали крупный дворец с партией табличек разного содержания. Печати на них соответствуют одному из ранних правителей — царю Якару. Следовательно, уже в начале II тысячелетия до н.э. Угарит был столичным городом. Об этом периоде известно мало. Вероятно. Якару был вождем аморитов (амореев), семитских кочевников, захвативших город, чтобы контролировать его торговлю с Критом.

Возможно, Якару бывал в Мари на Евфрате, где дворец Зимрилима считался одним из чудес света. В каких хоромах жил сам Якару, неизвестно, но позднейший дворец в Угарите построен по марийскому образцу.

В XIV—XIII вв. до н.э. несколько царей пристроили к нему новые крылья, и весь комплекс раскинулся на площади более 1 га. Портал с деревянными колоннами вел в мощеный внутренний двор, служивший гвардейской казармой. Отсюда был вход в царскую усыпальницу с выстроенным поверх нее флигелем. За ним — две анфилады комнат для сокровищницы и дворцового архива. Позднее были добавлены канцелярия и печи для обжига глиняных табличек.

Восточнее дворца находились придворные мастерские, где раскопаны изделия из слоновой кости — возможно, подарки зарубежным правителям. Среди находок — инкрустированная бронзой и золотом резная голова принца или бога-воина. В соседнем доме жил «министр торговли». За ним располагались конюшни длиной более 29 м, манеж и «каретный сарай».

Храмы и Боги Угарита

Два высоких храма Угарита, один из которых посвящен Хаддаду (богу молнии, позднее известному как бог неба Баал или Ваал) и Дагону, богу земли, возвели в правление Якару. Оба перестроили около XIV в. до н.э., когда Палестину некоторое время контролировали египтяне, державшие в Угарите гарнизон и военно-морскую базу. Храмы были ориентированы по меридиану — религиозная традиция Ближнего Востока, которой позже следовал и храм Соломона в Иерусалиме. Квадратный вестибюль открывался в святилище, откуда лестница вела наверх в сокровищницу. Большинство обрядов совершалось на южном дворе.

Ветхозаветные патриархи считали хананейский культ плодородия отвратительным, потому что он веками прельщал евреев. Найденные в Угарите документы позволяют получить о нем более четкое представление. Возглавлял список богов бог неба Ваал (помимо Илу, древнего Творца). Его супруга или сестра, богиня Анат или Ашерат, или Астарта, библейская Ашера (необходимо отметить определенное смешение образов сестры и жены Ваала и супруги Илу, матери богов Ашерат или Астарты). Почитался и бог умирающей и воскресающей растительности Адони.

Ваал и Анат объявили войну Моту, богу засухи и смерти. Тот побеждает Ваала, который уходит в подземный мир. Анат молит вернуть ему жизнь. Мот отказывает. Анат его убивает. «Серпом она его рассекла, корзиной провеяла, огнем опалила, жерновом смолола». В дальнейшем Ваал воскрес. Операции, произведенные Анат с Мотом, символизируют святой для хананеев процесс — от уборки пшеницы до получения муки.

Их мифология соответствует смене сезонов: для этих крестьян разница между дождем и засухой была не меньше, чем между жизнью и смертью.

Ваал стал главным врагом библейских пророков. Как самый почитаемый чужаками оживляющий посевы бог, он представлял наибольшую опасность для евреев. Они по примеру хананеев перешли от скотоводства к земледелию и, очевидно, готовы были молить о дожде кого угодно. Проповеди патриархов были не просто религиозной борьбой. Началась борьба за сохранение еврейской самобытности в окружении других культур. Анат, кроме кровосмесительной связи с братом, обвинялась в варварской жестокости. Хананейский текст описывает, как «она бредет в крови по колено и по шею, ... носит головы врагов, как украшения, на спине, на руках и на поясе».

Жизненный уклад финикийцев и хананеев в древнем Угарите

Финикийцы, как и их предки, хананеи из Угарита, жили на оживленном перекрестке древнего мира и занимались посреднической торговлей. Однако они славились и как ремесленники. Множество предметов роскоши, экспортировавшихся отсюда в Месопотамию, были местного производства. Взамен ввозились сырье и экзотика. Центром финикийской торговли был крупный город Тир на острове у ливанского побережья.

Библия не жалеет для него красок. В главе 27 Книги Иезекииля говорится, что Фарсис (возможно, Тартесс в Испании) платил за тирские товары «серебром, железом, свинцом и оловом». Арамеяне поставляли «ткани пурпуровые, узорчатые, и виссоны, и кораллы, и рубины», а Израиль - «пшеницу... и мед, и деревянное масло, и бальзам».

В свои золотые дни Угарит был окружен могучими соседями, и его царям требовались недюжинные дипломатические способности. С юга напирал Египет, империя, включавшая значительную часть Сирии. Фараоны с трудом удерживали в своей власти далекие окраины и допускали существенную автономию вассалов, включая Угарит. Однако при Эхнатоне, больше озабоченном религиозной реформой, чем безопасностью границ, возникла новая угроза — Хеттское царство, столицей которого был Хаттусас (ныне центральная Турция).

Цари хеттов, разбив египтян, аннексировали Сирию. Угаритские правители признали новых сюзеренов, но опять же исхитрились оговорить свою относительную самостоятельность. В XIV—XIII вв. до н.э. они платили дань хеттским монархам, а те гарантировали хананеям защиту от внешних врагов. В результате Угарит смог сосредоточить усилия на развитии торговли.

Город разбогател. Дома принцев и знати к востоку от дворца поражают роскошной отделкой. В них были ванные и туалеты с канализационной системой. Один из царских советников, Рапану, жил в доме с 34 комнатами только на нижнем этаже. Восточная часть города была деловой. Здесь Шеффер раскопал склад торговца оливковым маслом с сотнями кувшинов для этого товара, помеченных клинописными значками. О богатстве купца свидетельствуют сокровища, найденные в могилах его детей, — игрушки и ювелирные изделия, включая египетскую статуэтку африканского карлика, держащего вазу.

Хананейская письменность

Ханаанским купцам приходилось иметь дело с народами, которые пользовались разным« системами письма. Чтобы как можно точнее фиксировать транснациональные сделки, пришлось придумать собственную, передающую отдельные звуки, а не слоги.

К началу экспедиции Шеффера письменность уже изучали. При раскопках в Библе (ныне Джубейль) в Ливане сразу после Первой мировой войны археологи обнаружили на царском саркофаге XIII в. до н.э. необычные значки. В известных до этого древних письменностях они означали слоги или целые понятия (идеограммы), а здесь — отдельные звуки. Как же местные жители догадались ужать сотни символов до первого в мире алфавита?

Шеффер решил найти разгадку. Около Минет-эль-Бейды он раскопал новые подземелья с богатыми кладами, доказав, что во II тысячелетии до н.э. здесь процветала развитая цивилизация. Стало ясно — это всего лишь портовая зона гораздо более крупного города, руины которого находятся под соседним поселком Рас-Шамра. Шеффер перебрался в него и продолжил раскопки. Одной из первых его находок стала коллекция глиняных табличек (названная «библиотекой верховного жреца») с неизвестным типом клинописи. В ней было очень мало значков, представлявших всего 30 простых звуков, — алфавит. Язык надписей определили как семитский, но не финикийский, известный древним грекам, а более ранний хананейский диалект.

Однако самая впечатляющая особенность Угарита — обилие текстов. После открытой Шеффером «библиотеки верховного жреца» археологи обнаружили целую коллекцию религиозной литературы, которая древнее Ветхого Завета. Книгохранилище на центральной площади ремесленного района принадлежало школе писцов: здесь обнаружены художественные и астрологические трактаты, а также замечательный сборник афоризмов и поговорок в форме диалога отца с сыном. Библиотека при доме Рапану хранила солидную подборку словарей разных клинописных языков, включая аккадский, использовавшийся купцами всего Ближнего Востока, а также частную корреспонденцию и государственные документы.

Интеллектуальная и коммерческая жизнь Угарита неразрывно переплетались. Здесь жили в основном посредники — город был перевалочным пунктом, связывающим Крит и Кипр со всей Азией. Купцы пользовались массой языков — шумерским и аккадским, хурритским и хеттским, египетским и минойским, не говоря уже о местных семитских диалектах. Единственным выходом из лингвистического лабиринта было упрощение. Хананейские писцы придумали способ записи слов своих торговых партнеров. На основе повсеместно используемой клинописи появились 30 значков, обозначавших не слоги, а отдельные согласные звуки. Так нужды торговли породили удобную систему письма.

В начале XII в. до н.э. Угарит был разрушен «народами моря». Хананеи, населявшие ливанское побережье, стали известны как финикийцы и распространили по всему Средиземноморью свой, несколько иной алфавит, ставший основой современных алфавитов. Они сменили глиняные таблички на папирус и писали собственным письмом, известным как протосинайское. Появившееся около 1700 до н.э., оно использовало 26 согласных звуков, основанных на принципах древнейшего (ок. 3000 до н.э.) египетского письма (24 согласных звука).

Найденные фрагменты финикийских папирусов считались первыми образцами алфавитного письма, но угаритские раскопки усложнили картину. Очевидно, хананейские предки финикийцев шли к алфавиту столетиями, терпеливо экспериментируя с различными системами записи слов. И все ради одного — облегчения международной торговли.


Комментарии

Добавить комментарий

Поля отмеченные * обязательны.

Если не можете разобрать код, нажмите на него. Картинка будет заменена.
 
ПРОВЕРЬТЕ СЕБЯ ОНЛАЙН

Загрузка...

ПОПУЛЯРНЫЕ ТЕСТЫ


ЧТО ПОЧИТАТЬ