Историю, что я хочу вам поведать, я услышал очень давно, от хорошего приятеля своего деда. Этого человека уже давно нет в живых, он прожил долгую и, я бы сказал, завидную жизнь, несмотря на все испытания, которые выпали на его долю.
А их было немало, достаточно сказать, что родился Михаил Алексеевич еще до революции, прошел всю войну с ее самого первого дня, вышел в отставку в чине полковника, потом трудился в авиастроении и был превосходным специалистом.
Один из умнейших людей, которых я знал, он никогда не придерживался устоявшихся догм, наоборот, с готовностью их обсуждал и оспаривал.
Так вот, именно во время Второй Мировой войны это и произошло. В одном из штабов служил тогда важный генерал, с большим вниманием относящийся к подбору своих подчиненных.
Вместе с тем в адъютантах у него ходил совсем молоденький лейтенант, который был похоже малограмотным и, на взгляд окружающих, в том числе и Михаила Алексеевича, совсем не соответствовал то важной должности, которую он занимал.
Было в этом определенно что-то загадочное, но генерал и слышать не хотел, чтобы расстаться со своим любимцем или заменить его кем-то другим. Почему – выяснилось уже в самом конце войны, когда генерал немного разоткровенничался.
Как оказалось, еще в самом начале войны, когда Советская армия отступала с большими потерями по всему фронту, генерал едва успел вскочить, почти на ходу, в проходящую мимо полуторку, уже забитую солдатами и штабными офицерами под завязку.
Внезапно солдат, который сидел рядом с ним, наклонился и прошептал генералу в самое ухо.
-Уходить надо, товарищ генерал. Сейчас машина на мине подорвется.
Не знаю, поверил ему генерал или нет, но только когда солдат, не теряя времени, выпрыгнул из машины и спрятался в придорожном кювете, он тоже, почти на автомате, выпрыгнул за ним.
Полуторка пошла дальше, но уже через пару десятков метров раздался взрыв. Машина загорелась – оказывается, на дороге была мина. Вот с тех пор генерал с этим солдатиком и не расставался – произвел его в лейтенанты и назначил своим адъютантом.
По его словам, дар предвидения его ни разу не подводил и помогал выбраться из очень непростых ситуаций.
Уже позже, после войны, когда Михаил Алексеевич работал в НИИ, он услышал историю о неком штурмане, который прокладывал маршруты своего подразделения каким-то особым, только ему известным образом.
И знаете что? Практически все самолеты успешно возвращались на базу, без потерь. Каким-то образом этот гениальный штурман мог предчувствовать все опасности, угрожающие летчикам.
Конечно, однажды я не сдержался и задал Михаилу Алексеевичу волновавший меня вопрос. Я, как и все, воспитывавшийся в духе атеизма и того, что каждый человек сам является строителем своей судьбы, обладая свободной волей, не мог допустить того, что наше будущее может быть предопределено какими-то неведомыми мне силами.
Да и вообще, по моему мнению, таких сил вовсе не существовало. Вот об этом я его и спросил. Ведь иначе как? Если все предопределено, каким образом человек может нести ответственность за свои поступки?
Михаил Алексеевич задумался, а потом ответил.
- Ты знаешь, Сережа… А я верю в Судьбу. И в то, что в большинстве случаев, несмотря на кажущуюся свободу воли, уже заранее известно, как человек поступит в том или ином случае. И не смотри на меня скептически – за свою жизнь я успел убедиться в том, что это именно так. За исключением ключевых точек. Я бы назвал их поворотными. Когда человеку действительно нужно принять какое-то решение, и от него будет зависеть, в каком направлении будет развиваться его дальнейшая жизнь. Вот именно за эти поворотные точки человек и несет ответственность.
У меня у самого в жизни был именно такой выбор. Было это очень давно, в 1915 году. Мы жили тогда в Петербурге, где мой отец работал на Путиловском заводе токарем – слышал о таком?
Я кивнул. А Михаил Алексеевич продолжил.
- Было мне в ту пору 5 лет. С детства меня дразнили цыганенком за смуглую кожу, черные кудрявые волосы и пронзительные глаза. Однажды ко мне на улице действительно подошла цыганка и предложила уйти с их табором, который стоял на окраине.
Сказала, что если я соглашусь, то меня ожидает славная судьба и большая власть среди цыган. Еще сказала, что я буду жить очень далеко, в другой стране и пользоваться всеобщим уважением. Но это только в том случае, если я уйду завтра с цыганами. Сказала, что если я согласен, она завтра в 6 утра будет ждать меня около табора.
Если нет, то я навсегда останусь в России, вырасту и стану военным. Тоже буду уважаемым человеком, но вот такой власти, как в первом случае, у меня уже никогда не будет.
Честно скажу, слова цыганки о путешествиях и необычной жизни в другой стране мне понравились. Я твердо решил уйти с ними, потому утром, как только забрезжил рассвет, аккуратно поднялся с кровати, и хотел уже было выскочить из дома на улицу, как меня перехватила мать.
Я плакал и вырывался, рассказал ей о цыганке и о том, что хочу уйти с табором. Конечно, она меня никуда не пустила. А цыгане, не дождавшись меня утром, ушли неизвестно куда.
Ну а я потом всем рассказывал о предсказании цыганки. Конечно, надо мной только смеялись – разве можно было в царской России подумать о том, чтобы сын простого путиловского рабочего стал офицером? В то время это было почти возможно.
А еще через два года случилась революция, когда я подрос, то пошел служить в армию, выучился, стал полковником, как видишь. Так что пророчество цыганки сбылось. Вот только мне очень интересно бывает иногда, как бы сложилась моя жизнь, если бы я тогда действительно ушел с табором?
