Тайны и загадки Константинополя – восточной столицы Римской империи

23 октября 2019 в 10:34

Когда варвары огнем и мечом уничтожили могущество Рима, хранителем его славных традиций стала восточная столица империи. Во «Втором Риме», как назвали Константинополь, роскошь и утонченность соседствовали с нищетой и пороками.

Стратегическое положение Константинополя

В VI в. н.э. в Константинополе (ныне Стамбул) жили более миллиона человек. Его красота признавалась всеми. В сероватой дымке Босфора – пролива между Европой и Азией – путника встречало мерцающее море розового кирпича с волнистым горизонтом из множества куполов.

Константинопольские храмы, сады и дворцы, прекрасные сами по себе, были полны лучших образцов классической скульптуры. Мраморные стены переливались радужными мозаиками. Несмотря на нищету и бесправие, уживавшиеся рядом с богатством и великолепием, этот город на границе Востока и Запада долгие века служил маяком цивилизации и оплотом христианства.

Город стоит на полуострове, образованном западным берегом Босфора, где жаркий эгейский климат смягчается холодными влажными ветрами, гуляющими по Черному морю. Греки из Мегары, основавшие в 657 до н.э. здесь свою колонию на месте более древнего городка Лигос, назвали ее в честь своего предводителя Визаса Византионом: латинизированный вариант – Визаитий. Глубоководная бухта Золотой Рог служила отличной гаванью, и постепенно город стал важным перевалочным пунктом на пути транспортировки леса и пшеницы из Северного Причерноморья в Грецию. Сохранял он свое значение и в римскую эпоху до конца II в., когда Септимий Север в ходе гражданской войны после трехлетней осады заставил капитулировать Визаитий и на время лишил его прав города.

К III в. и.э. над Римской империей собрались тучи. Из Причерноморья вторгались воинственные скифо-сарматы, аланы, готы и другие, а из-за Рейна – франки, алеманны и прочие. Император Константин (306–337) в 324 решил перенести в Византий столицу империи, назвав ее своим именем. Город стоял на перекрестке.

Иранская рукопись 1537 приводит этот подробный план Константинополя с его главными сооружениями. Если учесть, что восток (и Босфор) здесь сверху, нетрудно найти самую величественную из сохранившихся торговых путей, естественные и искусственные укрепления делали его почти неприступным. Кроме того, центр экономической и культурной жизни империи сместился в это время на восток.

За решением о переносе столицы последовала программа быстрой и радикальной перестройки Византия. Появились форум, здание Сената, бани, императорский дворец. Из Рима, Александрии, Афин и Эфеса для украшения города повезли великолепные монументы. С 330 новая столица Константинополь – Константиноград по-гречески – стала новым сердцем Римской империи.

Набеги варваров на Константинополь

Константин сумел временно отразить натиск варваров. Однако их набеги из-за Рейна и Дуная продолжались. Кроме того, между восточными и западными провинциями углублялись этнические и религиозные различия. После смерти в 393 императора Феодосия, окончательно запретившего язычество, вместо одной империи появилось две – Римская и Восточно-Римская (если точнее – «христианская империя ромеев», т.с. римлян, которую много позже, уже после падения Константинополя. Европейские историки обзовут «Византийской»), каждая со своей столицей. Вторая стала укрепляться и богатеть, а первая – рассыпаться под ударами варваров.

Когда в 410 Рим разграбили вестготы, а в 433 разрушили вандалы, Константинополь стал главным хранителем греко-римского классического наследия и христианской веры. Вершины своей славы он достиг при императоре Юстиниане (327–565).

Юстиниан – правитель Константинополя

Эго одна из самых впечатляющих и загадочных фигур византийской истории. Крестьянский паренек из бедной семьи из деревушки Таурисий в Македонии, он воспитывался в Константинополе своим бездетным дядей, сначала придворным, затем императором Юстином, и унаследовал его трон. Ясный ум, широкий политический кругозор, исключительная работоспособность, решительность и настойчивость, а также умная, молодая и красивая, обладавшая железной волей жена сделали этого крестьянского сына, возможно, последним великим римским императором.

Благодаря своим блестящим полководцам Юстиниан отразил натиск Сасапидского Ирана на востоке, отбил у вандалов и готов Северную Африку, юг Испании и Италию (с Сицилией, Сардинией и Корсикой), в том числе и сам Рим. Империю, оказавшуюся в руках Юстиниана, с полным правом можно было назвать Римской. Она включала, помимо упомянутых освобожденных земель, Балканский полуостров. Малую Азию, Сирию, Палестину и Египет.

К своим военным успехам император добавил мирные достижения. Он на время прекратил соперничество восточной и западной церквей, систематизировал классические римские законы, сочетав их с духовными ценностями христианства. Кодекс Юстиниана (своего рода конституция), Дигесты (конкретные законы), Институции (руководство по изучению права) и Новеллы (дополнительные законы) вместе составили свод Римского гражданского права («Corpus juris civilis»), которое многие века лежало (и лежит) в основе юриспруденции. Правление Юстиниана – время религиозного подъема, торжества православного догмата о том, что божественная и человеческая природа соединены в Христе нераздельно.

Не менее интересна супруга Юстиниана императрица Феодора. Дочь дрессировщика медведей при константинопольском ипподроме, она была наделена удивительной красотой и исключительной силой воли. В юности императрица прославилась как цирковая танцовщица и куртизанка: ловко обойдя запрет на выступления в голом виде, она появлялась на подмостках в узеньком пояске, охватывавшем бедра. Однако в 20 лет она порвала со своим кругом, уехала в Александрию, где под влиянием монахов и мистиков стала по-настоящему религиозной и благочестивой. Юстиниан женился на ней в 523, еще до коронации.

Феодора сильно влияла на политику мужа. Она была мишенью для сплетен, но своей властью пользовалась умело и с пользой для страны. Муж считал себя наместником Бога на земле, а свою империю – земным подобием Царствия небесного. Дни и ночи он работал над законопроектами, стремясь стать идеальным правителем. Естественно, в мечтах его нередко «заносило», и прагматичная Феодора всегда была рядом, чтобы подкорректировать слишком смелые проекты.

Государственные и социальные реформы в Константинополе

Юстиниан отличался наполеоновской энергией – сограждане прозвали его «император, который не спит». Однако полученное от дяди хозяйство требовало поистине нечеловеческих сил. «Второй Рим», хотя и считался наследником первого, больше напоминал вавилонское столпотворение старинных восточных базаров – Александрии, Антиохии, Пергама, Эфеса. Устоявший под ударами внешних врагов, Константинополь был перенаселен, задыхался в нищете, грязи, болезнях. По мере распада Западной империи в восточную столицу тянулись авантюристы и беженцы, преступники и дезертиры, бывшие военнопленные и ищущие приработка местные крестьяне.

Константинополь всегда считался частью Греции. Греки и римляне занимали в нем в некотором роде привилегированное положение, в отличие от множества своих соседей. Среди последних хватало выходцев с Ближнего Востока – сирийцев, анатолийцев, евреев, а освобождение западных римских владений привело к наплыву иммигрантов и гостей из Европы. На улицах темнокожие египтяне и нубийцы толкались с белокурыми славянами, германцами, в том числе даже викингами, прибывавшими как наемники и купцы через русские земли. «Новые варвары», вкусившие греко-римской цивилизации, присылали в Константинополь детей изучать богословие, литературу, философию, право.

После падения Рима Восточно-Римская (Византийская) империя долго была центром восточного христианства (православия) и создала собственный стиль церковного искусства, наглядно демонстрируемый этой мозаикой XI в. из собора Святой Софии.

Однако преобладали менее амбициозные горожане. Мраморные портики и колоннады кишели бездомными. Зимой власти заколачивали проходы между колоннами досками, чтобы бродягам было хоть немного теплее. Юстиниан как примерный христианин раздавал хлеб, открывал ночлежки, приюты, лепрозории. Феодора спонсировала раскаявшихся проституток. Однако благотворительность не могла избавить город от нищеты. И Юстиниан нашел удачный выход – стройка. Государственная работа на благо города.

Естественно, он мечтал угодить Богу, заодно увековечив в камне свое имя. Однако главное – он нашел применение огромному количеству дешевой рабочей силы. Мобилизовав трудовые армии, Юстиниан разбивал сады, строил школы, бани, театры, дворцы, пристани, акведуки, монастыри, но прежде всего – храмы.

Строительная программа не покончила с безработицей, но сделала город чудом своего времени. Константинополь многое взял у первой имперской столицы. Общественные здания были римскими по стилю. По иронии судьбы, город тоже стоял на семи холмах, и его разделили на такое же число административных районов – 14. Из Рима заимствовали должности: магистрат, консул, префект и т.п. Был даже свой Сенат.

Императорский дворец в Константинополе

Императорский район на конце полуострова стал торговым, чиновничьим и религиозным центром. Здесь среди пышных садов, террасами спускавшихся к морю, вырос начатый Константином и расширенный Юстинианом Священный дворец. Сейчас на его месте мечеть Ахмедие, возведенная в 1609–1614 османским султаном Ахмадом (Ахметом) I. От императорского дворца осталось лишь несколько мозаик, но известно, что он представлял собой комплекс зданий с прилегавшими церквями и казармами.

Со Священным дворцом лестницами и галереями соединялся Ипподром – место массовых зрелищ и состязаний, вмещавшее, вероятно, 100 000 зрителей. Константин реконструировал его, взяв за образец Большой цирк в Риме, а следующие императоры добавили постройке роскоши. Около Ипподрома находились бани Зевксиппа, в которые ходили не столько мыться, сколько «тусоваться».

Храм Святой Софии в Константинополе

Над прочими постройками высился колоссальный купол храма Святой Софии – Святой Мудрости, лучшее детище Юстиниана и шедевр византийской архитектуры. По словам историка Прокопия, бывшего в ту пору префектом Константинополя. Этот купол диаметром 31,4 м как будто не опирается на кладку, «а кажется подвешенным к небесам на золотой цепи». На самом деле изрядный вес крыши хитроумно распределялся по всей конструкции с помощью арок, парусов, апсид и галерей. Сама базилика поражает темпами возведения: 10 000 рабочих трудились над ней с 532 по 537 н.э.

Службы в соборе были на редкость пышными. По торжественным случаям здесь собирался весь двор. Занавес, расшитый полумиллионом жемчужин, прикрывал алтарь из литого золота с самоцветами. Храм освещался тысячами свечей и окуривался огромным количеством ладана. Музыканты в малиновых одеждах аккомпанировали мужскому хору, а криволинейные своды обеспечивали потрясающую акустику.

От исходного оформления Святой Софии мало что осталось, однако образцы византийской отделки храмов можно видеть в других местах, например в церкви Сан-Витале (освящена в 547) в Равенне. Вероятно, алтарная рама была из резного мрамора, а стены и своды покрывала мозаика из цветного стекла (смальты). Характерные черты византийского живописного стиля: четкие контурные линии, отсутствие полутеней и устремленный прямо на зрителя строгий взгляд «лика» с неестественно крупными глазами, подчеркивающими величие и таинство христианской веры.

Перед Святой Софией, в центре Императорского района, располагался Августеон – форум, т.е. рыночная площадь с тенистыми колоннадами, где любило собираться высшее общество. Люди болтали, спорили, демонстрировали себя, смотрели на других, узнавали придворные новости. Весь район отличался красотой и роскошью. В многочисленных книжных лавках тут встречались интеллектуалы, а в парфюмерных – сплетницы, разносившие слухи о городских скандалах. Жилье здесь было но карману только богачам, например землевладельцам-аристократам, предпочитавшим городские дворцы сельским виллам.

Экономика и ремесла Константинополя

Экономическую деятельность аристократы считали уделом черни. Поэтому особый слой магнатов держал в руках торговлю, производство, а заодно и многие управленческие должности. Магнаты тоже предпочитали селиться вокруг Августеона. Имперские службы поощряли территориальную концентрацию элиты – так было удобнее вести за ней слежку.

Сам Юстиниан весьма интересовался экономикой, особенно производством шелка. Нити и ткани из него давно попадали на Запад но Великому шелковому пути из Китая, но как их делают, оставалось для европейцев секретом фирмы. Юстиниан решил его раскрыть. Узнав, что шелкоткачество появилось и в соседнем Иране, он послал туда двух монахов-шпионов. Они вернулись в Константинополь не только с «ноу-хау», но и с яйцами тутового шелкопряда в бамбуковых посохах. Юстиниан устроил во дворце фабрику, положив начало всей европейской шелковой промышленности.

Одним из главных источников дохода города была торговля предметами роскоши, концентрировавшаяся на коротком участке тянувшегося с востока на запад проспекта длиной 8 км. На восточном конце, в Императорском районе, его окаймляли двухэтажные аркады с модными лавками.

Лучшие златокузисцы и ювелиры торговали на участке длиной около 600 м между Священным дворцом и Форумом Константина. Тут же поджидали клиентов менялы, часто сидевшие прямо на улице за столиками с мешочками, полными золотых и серебряных монет. Форум Константина был сердцем деловой жизни города. Над ним возвышались здание Сената и порфировая колонна с величественной статуей первого христианского императора.

Отсюда Меса шла на запад к Форуму Феодосия с его триумфальной аркой, далее к Амастриану (скотному рынку) и Форуму Аркадия, связывая таким образом все главные торговые площади города. После этого проспект пересекал остатки стены Константина и попадал в район Псамафия. Чем дальше от императорского дворца, тем неряшливее становились лавки, беднее покупатели и гуще заселенность кварталов.

Развлечения горожан в древнем Константинополе

В Константинополе, как и в Риме, публика была охоча до зрелищ и состязаний, которые регулярно проводились на Ипподроме. На этом стадионе собирались десятки тысяч человек - от самого императора до портовых чернорабочих. Ипподром построили при Септимии Севере в конце II в. и перестроили при Константине как уменьшенную копию Большого цирка в Риме. Габариты стадиона составили примерно 500 х 118 м. Его отделкой активно занимались Феодосий и Юстиниан.

Главным зрелищем были гонки колесниц: 4 заезда до полудня и 4 после. Соревновались на четвероконных двуколках квадригах. В каждом заезде 4 квадриги должны были сделать по 7 кругов. Наездники и лошади содержались четырьмя политическими партиями города и защищали их цвета - голубой, зеленый, красный и белый. Болельщики-фанаты носили соответствующие шарфы.

Открытие состязаний следовало древнему ритуалу. Император трижды благословлял народ и выслушивал приветственный рев и овацию зрителей. Потом хоры четырех партий пели свои победные гимны. Наконец император швырял на арену «маппу» (салфетку), и из стойл выезжали соперники. Наездники были в основном из низов, но победители, получавшие из рук императора и городского префекта лавровый венок и пальмовый лист, становились героями. Между заездами публику развлекали клоуны, акробаты, музыканты и танцоры, на арене устраивались потешные бои и звериные травли.

Но Ипподром был не только спортивной ареной. Антагонизм между фанатами «голубых» и «зеленых» - двух главных городских партий - нередко приводил к потасовкам, которые выплескивались с трибун на городские улицы.

Состязания проводились регулярно до захвата города крестоносцами 13 апреля 1204. Не добравшись до Святой земли, католические рыцари по наущению венецианцев взяли штурмом и разгромили православный Константинополь (торговый конкурент Венеции). Ипподром был разрушен. Возможно, единственное, что от него осталось, - бронзовая четверка коней (часть квадриги), копия которой сейчас стоит на соборе Святого Марка в Венеции (оригинал держат внутри собора, защищая от коррозии). Многие ученые считают, что она украшала конюшни константинопольского Ипподрома.

Все горожане, бедняки и богачи, большую часть дня проводили на улице. Здесь всегда ожидали интересные новости или зрелища. На перекрестках к толпам обращались ораторы, прохожих развлекали жонглеры, акробаты, фокусники, ученые медведи и обезьянки.

Богачи ездили верхом, предпочитая белых коней и стремясь выделиться богатством чепрака и сбруи. Их сопровождали ливрейные слуги, обычно вооруженные дубинками, которыми приходилось расчищать господину путь сквозь водовороты пешеходов, ослов, волов, свиней, верблюдов и даже слонов, бредущих по улицам на рынки. Высшая знать империи рассекала толпу в позолоченных экипажах, запряженных мулами.

Планировка города Константинополь

Константинополь строился террасами по склонам идущей вдоль полуострова каменистой гряды. Эти террасы соединялись сетью лестниц и узких крутых улочек, напоминающих «американские горки». Пяти-шестиэтажные доходные дома плотно лепились друг к другу и были всегда полны квартиросъемщиков.

В этих трущобах формировались почти изолированные от окружающего мира сообщества. Вместе – по профессиям – селились ремесленники: получались кварталы стеклодувов, гончаров, кузнецов, оружейников, портных и т.п.

Но самой густонаселенной была приморская полоса. Константинополь оставался прежде всего портом – его районы представляли собой зону причалов и складов. Отвоевав у германцев многие земли на западе, Юстиниан вновь сделал Средиземное море «Римским», открыв для товаров империи рынки.

Крупные купеческие и военные корабли теснились у пристаней рядом с юркими суденышками (типа более поздних каиков и фелук). Бухта Золотой Рог была глубоководной и хорошо защищенной якорной стоянкой. Суда заходили в нее под всеми парусами.

Порт порождал огромную армию плотников, конопатчиков, канатчиков, парусинщиков, грузчиков, извозчиков и вольных матросов. Они жили в темных переулках, заставленных телегами и пропахших жареной рыбой – основной нищей здешнего люда, дополняемой хлебом, овощами и фруктами.

Религия в Константинополе

Все люди были равны в глазах Господа, но даже совершенное государство Юстиниана провозглашало незыблемость социальной иерархии, и церковь мирилась с существованием рабства. Неотъемлемую часть уличного столпотворения составляли бредущие колонны невольников и мрачные процессии осужденных злодеев. Публика могла наблюдать казни или чаще телесные наказания. Например, убийц и заговорщиков привязывали к спинам ослов и беспощадно бичевали, возя по городским улицам.

Несмотря на суетность, а то и грязь повседневной жизни, население было глубоко религиозным. Об этом парадоксе Константинополя пишут современники: горячие богословские споры звучали на улицах не реже, чем перепалки по поводу безбожных цен.

Империя в эпоху Юстиниана переживала религиозный раскол, связанный с толкованием природы Христа. Ортодоксы настаивали на ее двойственности – богочеловечности. Однако ересь, известная как монофиситство и особенно распространенная к африканской части империи, утверждала, что божественное в Иисусе полностью поглощает человеческое. Сторонники этого взгляда встречались во всех социальных группах константинопольцев, но прежде всего – среди бедноты.

Один из местных хронистов писал: «Этот город полон мастеровых и рабов, которые являются заодно великими богословами и проповедуют в лавках и на улицах. Если захотите поменять валюту, вам сначала объяснят, чем Сын отличается от Отца. Если спросите, почем хлеб, вам скажут, что Сын ниже Отца. Если захотите узнать, готова ли ванна, вам ответят, что Сын сотворен из ничего...».

Именно ромеи (или «византийцы», как их позже назвали историки) с их любовью к религиозным спорам ввели в обиход два греческих слова – «ортодокс» и «еретик». Публичные диспуты отражали подлинную глубину веры. Не только в церквях, но и в домах висели иконы. Эти изображения у православных считаются священными, даже чудодейственными. Возник обычай крестных ходов – с иконами и факелами – по городским улицам, которые таким образом стали и местами религиозных церемоний.

Однако церковные лидеры подчинялись императору. На соборах, собиравшихся для уточнения деталей религиозной доктрины, последнее слово всегда оставалось за высшей светской властью. Константинополю и его правителю выпала честь первыми в мире строить цивилизацию с христианством в качестве государственной религии.

Политический бунт в Константинополе

Разноплеменное население управлялось бюрократической пирамидой, на вершине которой стоял император. Чиновники часто были продажными и нерадивыми. В отсутствие демократических институтов народ выражал свое недовольство единственно доступным «митинговым» путем. Будь то неурожай или повышение налогов, улицы заполнялись бурлящими толпами, требовавшими расправы над виновными. Население делилось на четыре группировки: «голубые», «зеленые», «красные» и «белые». Их сторонники носили соответствующие нашивки на плечах.

Это были отчасти политические партии, отчасти уличные банды. В эпоху Юстиниана доминировали «голубые» («венеты») и «зеленые» («прасины»). Первые тяготели к ортодоксальной (православной) аристократии, вторые – к монофиситскому купечеству. Вражда партий нередко приводила к уличным побоищам, но наиболее ярко проявлялась на трибунах Ипподрома. Каждый спортсмен выступал за определенный «цвет», и за него шумно болели фанаты-однопартийцы. В январе 532 котел политических страстей перегрелся. В тот месяц казна была пуста, и Юстиниан, остро нуждавшийся в средствах на свои победоносные войны, очередной раз повысил налоги. Эта капля переполнила чашу.

Бунт вспыхнул на Ипподроме. «Голубые» и «зеленые» впервые объединились, обратив свою ярость против правительства. Они провозгласили нового императора – сенатора Ипатия, скандируя «Ника!» («Побеждай!»), запрудили улицы и подожгли город. Под шумок толпа бросилась грабить дома богачей и дорогие лавки Месы.

Юстиниан подумывал бежать, но Феодора, согласно преданию, обратилась к мужу с такой речью: «Если желаешь продлить свою жизнь, о император, то бегство легкий выход – вот твои корабли, а вот – море. Но подумай сам: разве каждый день в изгнании ты не будешь мечтать о смерти. Что до меня, то я доверяю древней пословице: императорский пурпур – лучший в мире саван». Бывшая циркачка не в первый раз доказала, что крестьянский сын не ошибся, выбирая будущую хозяйку империи.

Юстиниану удалось расколоть ряды мятежников, подкупив главарей «голубых». Во время митинга на Ипподроме наемники во главе с оставшимся верным императору опытным полководцем Велисарием обрушились на восставших, буквально вынырнув из руин и бушевавшего вокруг адского пламени. Восстание было потоплено в крови. Утром 18 января на Ипподроме для опознания выставили 35 000 трупов. Императорский район был в развалинах, но византийский император одержал очередную победу.

Закат и гибель Константинополя

Юстиниан умер 14 ноября 565 в возрасте около 84 лет. Последние годы правления великого императора прошли спокойно. Отразив в 555 очередной удар Сасанидского Ирана, Юстиниан заключил с ним мир. Удалось на время ослабить славянский натиск, использовав аваров. Империя восстанавливала силы после тяжелых войн и страшной эпидемии чумы (541 – 543), унесшей половину населения (а всего тогда, включая другие страны, умерли более 100 млн. человек). Обезлюдевшие регионы заселялись другими племенами (например, Балканский полуостров – славянами, в основном восточными, а также западными, Италия – лангобардами и др.).

Хаос и кровопролитие Темных веков Европы превратили Константинополь в бастион христианской культуры. После смерти Юстиниана город держался более 600 лет. Самыми страшными за это время были война с Ираном (604–628), когда иранские войска трижды выходили к Босфору; осады арабских армии и флота (668–669, 673–678, 717–718), разбитых и сожженных (греческим огнем) защитниками столицы. Пришлось повоевать и с Русью (походы руссов в 860, 907, 941, 944, 968–971 и др.), пока она не стала союзницей и наследницей империи. В 1204 Константинополь захватили и разграбили крестоносцы Западной Европы. В 1261 византийцы изгнали католических «варваров», но смогли сохранить остатки империи лишь до 1453, когда великий город был взят штурмом турками-османами Мехмеда II.

До самого конца Константинополь прочно хранил классические и христианские традиции. Отсюда сочинения Платона и Аристотеля попадали к грамотеям средневековой Европы. Так называемый византийский стиль искусства господствовал в ней повсеместно вплоть до эпохи Возрождения. Особенно сильное влияние оказал Константинополь на Русь, Болгарию, Сербию, Грецию и другие страны, где сформировались независимые от Рима православные церкви.

Этот город был пространственно-временным перекрестком. Здесь Европа сливалась с Азией, а античность со средневековьем. Константинополь видел гибель и возрождение западной цивилизации, а его несдавшиеся защитники во главе с последним императором Константином XI пали с оружием в руках. Племянница императора Софья Палеолог стала женой русского государя Ивана III, сбросившего монголо-татарское иго, и бабушкой Ивана Грозного, а двуглавый орел – символ империи – российским.

Оцените статью:
Рейтинг: 5 (Голосов: 1)

Комментарии

Добавить комментарий

Поля отмеченные * обязательны.

Если не можете разобрать код, нажмите на него. Картинка будет заменена.
 
ПРОВЕРЬТЕ СЕБЯ ОНЛАЙН

Загрузка...

ПОПУЛЯРНЫЕ ТЕСТЫ


ЧТО ПОЧИТАТЬ