Случилось это 6 лет назад. Лето близилось к концу, и мы уже готовились возвращаться из нашего дачного поселка в город. Но пока погода стояла теплой, решили не спешить. И вот однажды вечером мы с моим сыном, которому на тот момент было пять лет, пошли прогуляться.
По дороге познакомились с девчушкой примерно того же возраста, разговорились, узнали, что зовут ее Катюшей, что она приехала с мамой в гости к своему дедушке. Оказалось, что дедушка Катюши работает в нашем поселке сторожем.
Сын был очень рад этому знакомству – здесь почти не было его ровесников, они быстро нашли с Катюшей общий язык и начали вместе играть. Даже удивительно, как много общих тем оказывается у маленьких детей для разговоров, и мне было очень приятно слушать их щебетание.
Так прошло около часа, и я сказала Степану, что нужно прощаться с Катюшей, нам пора идти домой ужинать, да и девочку тоже, наверное, уже ждут дома. Дети очень огорчились, они не хотели расставаться, мне пришлось пойти на хитрость, сказать сыну, что дома его ждет вкусное шоколадное пирожное.
А с Катюшей мы обязательно встретимся завтра, и тоже принесем ей такое же пирожное. Это подействовало, перед пирожным сын устоять не мог и радостно побежал в предвкушении ужина домой.
Но на следующий день погулять нам не удалось. С утра пришлось уехать в город, там были важные дела, так что мы задержались и вернулись на дачу, когда уже совсем стемнело – было около 10 часов вечера.
Подъехали к поселку и увидели, что у съезда с шоссе стоят две машины Скорой Помощи и тут же светились мигалки полицейского автомобиля. Я поняла, что здесь очевидно опять произошла авария, и, похоже, что не обошлось без человеческих жертв.
Муж притормозил, хотел выйти и узнать, в чем дело, но я его отговорила. Ну не люблю я такие зрелища, наша помощь там уже была явно не нужна, к тому же я очень устала и хотела быстрее оказаться дома, в тепле.
Подъехали к дому – ворота у нас не автоматические, их приходится открывать вручную. Я вышла из машины и пошла к воротам, чтобы муж мог заехать. Подхожу и вижу, что у кустов, растущих рядом с нашим участком, сидит какая-то женщина, и, как мне показалось, плачет.
Конечно, я подошла к ней – женщина, довольно пожилая, показалась мне смутно знакомой, она действительно плакала, а когда я спросила у нее, что случилось, она разрыдалась в голос и опустилась на землю.
Я не знала что делать, тем более что несмотря на довольно прохладную погоду, на женщине был надет только легкий домашний халатик, а на ногах я увидела тапочки.
Я попыталась ее поднять, но мне оказалось это не под силу, и я позвала мужа. Вдвоем мы кое-как поставили плачущую женщину на ноги. Она стояла и раскачивалась, я поняла, что когда мы отойдем, она снова упадет. Спросила, где она живет, женщина неопределенно махнула рукой.
Но человек не может рыдать бесконечно, и постепенно мне удалось выяснить, что у нее случилось большая беда – только что на шоссе ее дочь и внучка попали под машину и обе погибли.
Пока она рассказывала, я вспомнила, где видела эту женщину, это была жена нашего сторожа. Я видела ее несколько раз, но лично знакомы мы не были, вот я и не смогла ее сразу узнать.
И внезапно меня словно что-то толкнуло, я поняла, что речь идет о той самой девочке, с которой мы играли вчера – о Катюше. Это ведь именно она была внучкой сторожа, а стало быть, и этой несчастной плачущей женщины.
Что я могла сделать, как утешить ее? Никак. Мы усадили е в машину и отвезли домой, где и передали на руки мужу – тому самому сторожу. А потом вернулись к себе.
Происшествие было очень громким, о нем через пару дней написали в местных газетах, и тогда я узнала подробности.
Оказывается, Катина мама с девочкой переходили вечером дорогу. Было темно, и пешеходный переход, по которому они шли, не регулировался светофором. Вероятно поэтому водитель не заметил в темноте перехода и не снизил перед ним скорость – следствие не обнаружило признаков торможения.
Я не знаю, почему Катина мама проявила такую беспечность и шагнула с ребенком на зебру, не убедившись предварительно в безопасности перехода. Водитель остановился только когда почувствовал сильный удар. Но было уже поздно.
Грустная история. Молодая женщина и девочка погибли на месте, водителю предстояло отбывать тюремное заключение – его жизнь тоже оказалась сломана. Я долго не могла прийти в себя, вспоминая забавную девчушку с косичками, с которой играл мой Степка.
А спустя две недели мне приснился сон. Я иду по улице, помню, что мне нужно свернуть за угол – там находится моя машина, вот только я иду и иду вдоль дома, а он все никак не кончается.
Наконец, я увидела в нем сквозной проход под арку, сворачиваю туда и иду по длинному темному коридору, по обе стороны которого находятся закрытые двери. Я иду дальше и понимаю, что оказалась в тупике, выхода из этого коридора на улицу нет. Тогда я начинаю толкаться в двери, надеясь найти выход, какие-то из них открываются, какие-то нет.
Вот я открыла очередную дверь и увидела комнату, в которой сидит мой Степка. Я беру его за руку, вывожу в коридор и дальше продолжаю искать выход, но уже вместе с сыном. Открываю еще одну дверь, за ней находится темная комната, а в ней около стены сидят женщина с маленькой девочкой. Сидят лицом к стене и на меня не смотрят.
Ну, я обрадовалась, спрашиваю у нее, как здесь найти выход на улицу к машине, только она не обернулась, словно меня не слышала. Я еще раз спросила – то же самое.
Внезапно я понимаю, что должна немедленно бежать из этой комнаты, иначе может произойти что-то очень страшное, подхватываю сына, захлопываю дверь, и мы бежим обратно на улицу, с корой я сюда пришла. В этот момент я проснулась.
Утром, когда мы завтракали, Степка неожиданно сказал мне, что ему приснилась ночью Катюша. Удивительно, я думала, что он уже забыл ту малышку, во всяком случае, он никогда мне о ней не говорил. О том, что девочка погибла, понятное дело, я ему тоже не рассказывала. А тут вдруг, ни с того ни с сего.
- И что же вы с ней делали, - осторожно спрашиваю.
- Мы играли. Катюша отвела меня в какой-то дом, там была большая комната, в ней было темно, мне в ней не понравилось, я вышел в коридор и потерялся. Потом пришла ты и увела меня оттуда.
Удивительным образом сон, который мне рассказал сын, совпадал с моим собственным, и это привело меня в шок. А потом, когда я проанализировала Степкин сон, мне стало не по себе.
Вы, конечно, слышали о том, что нельзя никуда ходить во сне с мертвым человеком, что это плохая примета, вот и я очень испугалась за своего сына. Вдруг это действительно правда, и Степке грозит какая-то опасность.
Поэтому я посадила его перед собой и просила пообещать, что если ему снова приснится Катюша, и она будет куда-то е го звать, он с ней не пойдет. Степка пообещал. А я потом вспомнила, что так и не угостила малышку шоколадным пирожным, как ей обещала.
На следующий день я пошла в магазин, купила коробку любимых Степкиных пирожных, еще каких-то конфет, взяла сына за руку, и мы с ним пошли к тому самому месту, где все это произошло.
Наверное, это неправильно, я должна была пойти туда одна, но я решила, что Степке пора узнать обо всем. И о смерти – тоже. Мы с ним раньше как-то никогда не затрагивали эту тему. Вот потому по дороге я рассказал ему о том, что произошло, и о том, что мы собираемся сейчас делать.
На месте гибели девочки ее матери, как и полагается, висел венок на дереве, а под ним стояла пластмассовая тарелочка, в которой лежали конфеты. Я тоже положила туда несколько пирожных, конфеты, потом сказала небольшую речь, в которой извинялась за то, что выполняю свое обещание только сейчас, и просила на нас не обижаться.
Мы уже собирались уходить, как вдруг я увидела, что по обочине дороги прямо на нас несется бензовоз – по-видимому, таким образом он решил объехать машины, которые снижали скорость перед полосой торможения и пешеходным переходом.
Я едва успела подхватить сына в охапку, почти так же, как в моем сне, и отпрыгнуть в овраг. Бензовоз пронесся мимо, но на повороте его занесло, он оказался снова на проезжей части, где и врезался в грузовик.
Обе машины от удара перевернулись – к счастью, бензовоз оказался пустым и не взорвался. Если бы он был полным – мне даже страшно подумать, что бы тогда произошло.
Но к тому моменту я с ребенком оказалась уже метрах в 20 от происшествия. Степка был весь перемазан в грязи, он испуганно плакал, уткнувшись мне в плечо, а я старалась побыстрее унести его оттуда, стараясь не оборачиваться и не смотреть на перевернутые машины, около которых уже суетились люди.
Сама я была в каком-то оцепенении, и только уже дома, когда я сняла грязную одежду, вымыла Степана и начала умываться сама, у меня началась настоящая истерика. Я прикладывала все силы для того чтобы удержаться и еще больше не напугать сына.
Вот на этом можно и закончить мою историю. Катюша больше никогда не снилась ни мне, ни Степке, насколько я знаю. Во всяком случае, он не об этом ничего не говорил. То происшествие с бензовозом, к счастью, обошлось без жертв, хотя оба водителя и получили какие-то травмы. Я же сама до сих пор не знаю, связаны ли как-то эти два события, или это все просто совпадение, трагическая случайность.
