Мои бабушка и дедушка жили в деревне в Западной Белоруссии. Поженились они сразу после войны, когда дедушка пришел с фронта и устроился на работу в местный колхоз трактористом. По словам бабушки, все ей тогда завидовали – такой веселый красивый парень, просто загляденье. Впрочем, и бабуля моя, судя по старым фотографиям, тоже была настоящей красавицей, так что парой они получились вполне подходящей. И очень любили друг друга.
Деревня, в которой они жили, была не слишком большой, в Белоруссии такие деревни называются местечками. В таких местечках, как правило, все жители знакомы друг с другом, если у кого-то свадьба или похороны, вы можете прийти туда без всякого приглашения. Я с малых лет гостила здесь почти каждое лето, неудивительно, что я тоже знала почти всех местных жителей.
Но была у этой деревни какая-то страшная тайна, нечто, что я до сих пор не могу объяснить. Примерно половина смертей, которые здесь происходили, случались в результате самоубийств.
Когда я была маленькой, смерть для меня была чем-то из ряда вон выходящим, непонятным – как это можно вдруг, взять и умереть? Я этого не понимала, тем более, я не понимала, как это можно сделать по собственной воле.
Когда я немного подросла, я выяснила, что все местные самоубийцы сводят счеты с жизнью одним и тем же способом – при помощи повешения. То есть они не травятся, не топятся, не вскрывают себе вены, нет, всех почему-то находят именно повесившимися.
Но что было еще более странно: в деревне, похоже, к этому привыкли, и этому никто не удивлялся. Кроме меня.
Напротив, местные жители умели найти такому поступку вполне заурядное объяснение, нечто вроде того - Анюте муж с продавщицей изменял, вот она и не выдержала в конце концов. Или: Мишка пил-пил, да и допился, в петлю полез. Или: у Марии корова пала, а у нее дети, мал мала меньше, конечно, ей их кормить нечем стало, вот она и наложила на себя руки. И вроде бы, все было логично, но вот только…
Дедушка умер, когда ему не было еще и 70 лет – сказались старые военные раны, начался рак. Он боролся с недугом больше года, но, в конце концов, она его победила. Я вам даже не могу передать, как горевала моя бабушка после его смерти, она совершенно перестала спать по ночам.
И вот однажды, как она потом рассказывала, как всегда лежала она на своем диванчике как вдруг дверь в комнату открылась и вошел дед – молодой, красивый, веселый.
Сел рядом с ней и начал расспрашивать, как дела, да что в деревне нового. Ну, вот она ему всю ночь и рассказывала, а он слушал и, если нужно подсказывал, что нужно сделать в том или ином случае. Да так все логично, умно.
На следующую ночь история повторилась, потом снова и снова – дедушка приходил к ней каждую ночь. Конечно, бабушка никому про то не говорила, но настроение ее заметно изменилось, она перестала плакать, снова расцвела, начала улыбаться. И каждую ночь с нетерпением ждала дедушкиных визитов.
И вот однажды ночью он не пришел.
Бабушка ждала-ждала его как обычно, потом решила выйти в сени, проверить – вдруг он под дверью стоит и войти не может - почему-то вот такая странная мысль пришла ей в голову.
Но за дверью тоже никого не было. Бабушка в задумчивости остановилась в сенях, и вдруг услышала на чердаке какое-то движение. А потом вдруг раздалось тихое пение – мелодичное, очень приятное.
Пел не один человек, а несколько, целый хор. Бабушка даже начала различать слова, что-то вроде того: иди к нам, твой любимый ждет тебя, когда же ты придешь к нему.
Бабушка приставила лестницу, поднялась по ней и открыла люк на чердак. Заглянула туда, но на чердаке никого не было. Только сложенные старые вещи. Но было и еще кое-что.
Прямо посередине чердака, перекинутая через балку с потолка спускалась веревка, на конце которой была петля. Бабушка подошла к петле и сквозь нее увидела дедушку, который стоял, улыбался и манил ее рукой.
Бабушка заглянула за петлю с другой стороны – но там дедушки не было. Его было видно только сквозь эту петлю. И тогда бабушка просунула в нее голову.
Я не знаю, чем это объяснить, разве что вмешательством бабушкиного ангела-хранителя. Потому что когда она уже сунула в петлю голову и была совсем готова шагнуть вперед, пелена с ее глаз спала.
Она увидела, что на чердаке никого нет – только валяется обычный старый хлам, и никакого дедушки. Она опомнилась, быстро вытащила голову обратно, бросилась к люку – как она скатилась по лестнице и не сломала шею, просто удивительно.
Распахнула дверь и бросилась к соседям. Разбудила их - было ведь уже около трех часов ночи – и попросилась переночевать. Утром пошла на почту и позвонила нам, попросила срочно приехать, ничего не объясняя. А до нашего приезда так и жила у соседей.
Рассказала нам она о том, что произошло только через неделю, когда мы приехали. Конечно, мы забрали бабушку к себе, а дом вскоре продали. Так бабушка с тех пор и жила с нами до самой своей смерти – поверьте, такого разумного и трезвомыслящего человека нужно было еще поискать. И вот только об этом случае она вспоминать очень не любила.
В доме том теперь живут другие люди – иногда мы с ними общаемся, у них нет никаких проблем. Что касается того местечка, то до сих пор половина случающихся там смертей является самоубийствами. Но, как я уже говорила, местных жителей это ничуть не удивляет. Привыкли.
