Лариса с мужем жила как все, когда складно и ладно, а когда… как придется. Сергей любил выпить, но жену уважал, называл хозяйкой, всегда хвалил и перед другими хвастал.
Детей у них не было, как ни старались – и к врачам ходили, и к иконам, и к деду-ведьмаку за Урал ездили. Ничего. Кручинились, но жили. На праздники ходили к племянникам, подарки чемоданами возили.
И вот аккурат в ночь на 40-летие снится Ларисе сон. Видит она тетку деревенскую, пожилую. В платке красивом, в платье разноцветном. Лицо у тетки вроде знакомое, но кто она, хоть убей, вспомнить не получается. Сидит тетка на лавке, губы недовольно поджала, и смотрит.
Проснулась Лариса озадаченная, все лицо тетки из головы нейдет. Целый день пыталась вспомнить, кто же она такая, почему знакомой кажется. А ночью тетка снова приснилась, но уже строго пальцем качала, брови хмурила и головой неодобрительно так из стороны в сторону.
Проснулась на рассвете, смотрит, а Сергей рядом ворочается, кряхтит. Тоже не спит.
- Слушай, - говорит муж. – А помнишь мою тетку Феклу? На свадьбу она приезжала, на второй день, еще сервиз подарила и ковер маленький. В прихожей лежал в старой квартире. Оказывается, умерла она с месяц уже как.
- Точно! – Даже вскрикнула Лариса. – Вот откуда я то лицо помню, тетка это твоя была! А она мне уже второй день снится, кстати.
- Тебе тоже? – Удивился Сергей. – А что говорит? А то меня она просто достала, все требует, чтобы мы приехали к ней на могилу и службу провели как следует. А то закопали ее, как собаку, не соборовали, не исповедали. Гроб маловат был, так ноги подогнули. Сережки серебряные из ушей вынули, одели не по правилам. Ругается.
Поудивлялись супруги и заторопились на работу. Ведь мертвая тетка счета за коммуналку не оплатит, в машину бензин не зальет. Да и вообще, на море пора деньги откладывать, чего летом пылью дышать, можно и в Сочи выбраться.
Но не все сложилось так, как задумывалось. Следующей ночью Фекла заговорила с Ларисой. Глуховатым, но приятным голосом. Рассказала, что умерла быстро, не мучилась. Что дом старый деревенский оставить было некому, поэтому сейчас в нем коты соседские живут. Что на том свете жизнь, в, общем-то, неплоха, единственное, что ее гложет, это что с этим светом проститься нормально не получилось.
- Не отпели, не помянули, даже платье и платок не те надели, что я на похороны припрятала. – Загибала пальцы Фекла. - Похоронили под деревом, корень в бок давит. Крест не поставили. А рядом лежит иноверец, к нему какие-то черти ходят.
Боюсь я, Лорочка, боюсь их, ведь меня в путь не по правилам снарядили. Деток мне Боженька не дал, так что вот прошу племянника помочь. Хоть и не родной он мне, Сергей, а по мужу. Но все же не чужие.
Утром Лариса проснулась в решительном настроении.
- Надо ехать, – сказала мужу.
Ну, раз надо, так надо, и Сергей взял отгул на работе.
До места на своей машине они добирались два дня, плутали проселками и брошенными деревнями. Да и на хуторе, где жила тетка, жизнь давным-давно остановилась, половина изб в землю вросла уже лет как двадцать.
Зашли на поросшее сухостоем кладбище, и, как тетка и указала, нашли ее могилу под крученым сухим буком.
- Это какой-то позор, ни таблички, камня, ни креста христианского, - Лариса была в шоке. – А ведь глянь, большинство-то могил приличные, с оградками. Ты знаешь, Сереж, я Феклу даже понимаю. Не годится так. Стыдно и перед людьми, и перед покойниками.
В деревне продавщица в магазине оказалась и старостой, и почтаркой, и сразу всем активом громады. Проблему она знала, чем немало удивила приезжих.
- А Фекла Никифоровна у нас все никак не упокоится. Ко всем тут во сне приходила, жаловалась. И мне, да. И не так положили, и не туда. Просила службу провести, да куда там, это же священника из района везти, да по нашим дорогам. Ну, а вам сам Бог повелел, родная кровь.
Лариса с Сергеем быстро сделали все, и крест, и бук заказали срубить, и пень выкорчевать. Через день привезли священника с тремя певчими, отстояли службу на могиле.
Батюшка оказался понятливым, в ситуацию вник, сказал, что отчитает все, как надо, чтобы раба Божия Фекла нашла покой. Сергей самолично убрал на кладбище весь сухостой и отремонтировал покосившийся забор.
По пути домой, в машине, Лариса сказала супругу:
- Знаешь, я не хочу после смерти ходить по людям, просить, чтобы мне крест установили. Неправильно это. Вот у Феклы детей не было, и у нас нет. Да и понятно, что не будет уже своих. Тоже по племянникам бегать, что ли?
- Давай усыновим? – Предложил Сергей.
И ровнехонько через год у супругов появились сразу двое, Илья и Эля. Брат с сестрой, оставшиеся сиротами после пожара.
