Новости RSS » Мистические истории » Мама не хотела меня рожать: исповедь нелюбимого ребенка

Мама не хотела меня рожать: исповедь нелюбимого ребенка

Исповедь нелюбимого ребенка

Когда мама шла записываться в клинику на аборт, ее остановила цыганка. И не просто остановила, а схватила за руку. Сказала, что знает, что она задумала, но что делать этого ни в коем случае нельзя.

И не просто потому, что это большой грех, а еще и потому, что рождение этого ребенка, то есть – меня, предопределено всевышним. И что мальчик, которого она носит под сердцем, должен стать одним из самых уважаемых и богатых людей нашего города.

Так уж получилось, что я в нашей семье оказался незапланированным и не слишком желанным ребенком. Родители не планировали более двух детей, потому, когда мама все-таки забеременела, она, недолго думая, отправилась на аборт. А потом произошла история, которая в нашей семье рассказывалась, как легенда.

В общем, исключительно благодаря этой встрече, я и появился на свет.

Честно говоря, о своем детстве у меня практически не осталось хороших воспоминаний. Семья наша жила бедно, хотя родители и оба работали, но платили им не слишком много, и денег постоянно не хватало.

Постоянные долги и неустроенность приводили к регулярным скандалам, отец начал прикладываться к бутылке и уходить из дома. Ну, а мать – ей не на ком было сорвать свое раздражение кроме детей.

И уж на нас она отрывалась по полной – била за малейшую провинность (а иногда и просто так) всем, что попадется под руку. Честно говоря, мне пришлось не один раз пожалеть о том, что я вообще появился на свет, потому, что мне доставалось значительно больше других.

Старшего брата мать немного побаивалась – у него была дурная голова, а потому он легко мог дать ей сдачи. Ну а сестра – она просто убегала из дому: ночевала у подружек, или у теток со стороны отца, а может и еще где, точно не знаю. Мне же деваться было некуда.

Самое неприятное было то, что мать очень любила ударить неожиданно. Из-за сущего пустяка она могла прийти в ярость и влепить пощечину со всего размаха – а рука у нее была рабочая, натруженная, тяжелая.

И еще – я видел, что когда мать самоутверждается таким образом, она получает от этого истинное удовольствие и даже этого не скрывает.

Помню один раз, когда мне было почти 12 лет, я имел неосторожность напомнить ей, что бабушка выделила мне деньги на школьную форму, которую мать так и не купила. Экзекуция, которую она мне устроила дома, была определено продуманной, а потому особенно изощренной и унизительной.

Прежде всего, когда мы вернулись домой, ничего не предвещало грозы. Мать пошла в ванную и наполнила ее горячей водой. Потом позвала меня мыться. Я вошел в тесное помещение и разделся догола.

В этот момент она и вошла с кожаным ремнем в руках, которым и начала меня хлестать со всей дури. Спрятаться в ванной было негде, а мать требовала, чтобы я в голом виде убирался из дома.

Представьте себе состояние подростка, который уже проявлял интерес к девочкам и стеснялся буквально всего. Она била меня и приговаривала, что в этом доме нет ничего моего, и что я не имею права ничего от нее требовать. И вот это я крепко запомнил.

После окончания школы я понял, что не сумею поступить на ту специальность куда хотел: конкурс был большой, а математику и физику в нашем классе преподавали откровенно слабо. Как вы понимаете, ни о каком репетиторе не могло быть и речи.

У моего дяди со стороны отца была своя ферма, и я упросил его взять меня на работу. Осенью, с деньгами, которые он мне заплатил, я уехал в Москву, даже не сообщив об этом матери.

Как оказалось – правильно сделал, так как она рассчитывала, что деньги я отдам ей, а она распорядится ими по своему усмотрению. После этого мать меня прокляла и перестала со мной общаться, чему я, нужно сказать, был только рад.

В столице я нашел работу официанта, а мои родные окончательно убедились в том, что я совершенно никчемный человек. Сестра моя к тому времени уже окончила педагогический институт и была замужем за военным.

Мать беспрестанно требовала у нее денег то на одно, то на другое. Та, потихоньку от мужа взяла кредит в банке, а когда это выяснилось, то был большой скандал. Мать поняла, что больше здесь ловить нечего, а потому переключилась на моего брата, у которого была небольшая автомастерская, открытая с помощью родственников жены.

Само собой, снохе это не нравилось, она начала выговаривать брату, и тот, со своим характером, вскоре ее избил, после чего родители жены забрали ее к себе вместе с маленьким ребенком. Без их помощи автомастерская вскорости разорилась, брату пришлось продать все за бесценок, раздать долги и устроиться работать на хозяина.

Но мама не чувствовала за собой никакой вины. Когда с брата стало взять нечего, она снова пыталась присосаться к сестре. К ее несчастью в это время зять уже вышел в отставку, а потому они тоже сидели без денег. В общем, так она и кочевала. А вот про меня не вспоминала, из чего я заключил, что на мне окончательно был поставлен крест.

Впрочем, время от времени я все же навещал своих близких, но ничего кроме презрения и разочарования в их глазах не видел. Даже если привозил матери или племянникам какие-то подарки.

Нет – подарки сразу отбирались, вот только я за них даже спасибо не получал. Что касается зятя, то при каждой нашей встрече он напоминал мне о том, что кормит мою мать и совершенно не обязан этого делать.

Впрочем, если у вас сложилось впечатление, что мои родственники и впрямь жили бедно, то вы ошибаетесь. На кухне лежал дорогой линолеум, который был поцарапан ножками табуреток.

Холодильник был забит дорогими продуктами с истекшим сроком годности, которые просто не употребляли в пищу, а берегли для «особого случая». Итальянские кожаные сапоги два года пылились в чулане, пока их не выбросили. А все потому, что мать купила их совершенно не подумав о том, что не сможет носить высокий каблук, да еще зимой.

Рядом со старым продавленным диваном соседствовала шикарная японская фарфоровая ваза – за те деньги, которые ушли на нее, можно было заменить всю мебель в комнате. И так во всем.

Годы шли, а становилось только хуже. Племянник по малолетке попал в колонию, племянницы отказались учиться, вели разгульную жизнь, ходили по ресторанам с разными мужчинами, в общем, их будущее представлялось мне весьма туманным.

Зять на старости лет всерьез пристрастился к наркотикам, на которые и спускал все деньги. Мне было жаль сестру, я несколько раз предлагал ей разойтись с непутевым мужем, уехать ко мне в Москву, обещал помочь с жильем и устроить на хорошую работу.

Но она отказывалась, считая своим долгом тянуть всю семью на себе. Так что единственное, что я мог – это дать ей денег, на которые, впрочем, зять тут же покупал очередную дозу.

А потом пришла беда. У матери обнаружили цирроз печени в последней стадии.

Сестра с плачем рассказала мне по телефону, что оказывается, когда она говорила нам, что уезжает в санаторий на лечение (кстати, это удовольствие обходилось сестре и брату очень недешево), три раза в год мама даже не думала лечиться.

Вместо этого она целый месяц пила и развлекалась с такими же «пациентами», благо директором этого медицинского учреждения была ее близкая подруга.

Перед смертью мать не могла скрывать своего разочарования от жизни и обиды на всех тех, кто находится рядом. Не дали, не оправдали, не заслужили – вот все, что мы от нее слышали. Но больше всего, как всегд,а доставалось мне. Мать искренне жалела, что послушала тогда цыганку и не сделала аборт.

Когда мать умерла, между нашими родственниками вспыхнула очередная ссора – никто не желал брать на себя расходы по похоронам и поминкам. Брат со своей сожительницей с одной стороны, и сестра с мужем – с другой, чуть не передрались.

В разгар событий я приехал и сказал, что все расходы и хлопоты беру на себя. Все посмотрели на меня с недоверием, но моментально успокоились и разошлись. Я оплатил похороны, оплатил поминальный банкет в городском ресторане, мать похоронили, и я уехал.

Никто не знал, что на самом деле я уже давно не работаю в том ресторане, а являюсь владельцем собственной строительной компании, и что цифры на моем банковском счете перевалили за семизначную сумму. Я все время собирался сказать об этом матери, но так и не успел. Что касается других родственников… Я понимал, что мои деньги не принесут им пользы, зато моя собственная жизнь превратится в ад. В общем, им я говорить совершенно точно ничего не собирался. Прости меня, мама. Если сможешь.

2019-11-07T20:57:57 +0300

@ Инна Кондаурова

Оцените статью:
Рейтинг: 4.67 (Голосов: 12)
Яндекс ДзенПодписывайтесь на наш канал в Яндекс Дзен, чтобы читать прогнозы астрологов о важных событиях дня

Комментарии

Добавить комментарий

Поля отмеченные * обязательны.

Если не можете разобрать код, нажмите на него. Картинка будет заменена.
 
ПРОВЕРЬТЕ СЕБЯ ОНЛАЙН

Загрузка...

ПОПУЛЯРНЫЕ ТЕСТЫ


ЧТО ПОЧИТАТЬ