Первые в истории ведьмы и их предшественницы

17 октября 2019 в 6:22

В руках ведьмы любая вещь может превратиться в опасное оружие. Так ли это? Правда ли, что любая крестьянка или городская жительница может стать ведьмой?

Предшественницы ведьм - греческие мойры

Прялка на гравюре Ханса Бальдунга Грина, датированной 1513 г., наводит на мысли о пророчествах и трех богинях судьбы. Грин поместил трех женщин у дерева с опавшими листьями, покрытого лишайником, которое протягивает свои бесплодные ветви через всю картину. Самая молодая, с длинными вьющимися волосами, сидит на пне, держит прялку и смотрит на нас с озорной ухмылкой. Позади нее самая старшая, с пышными распущенными волосами, контрастирующими с ее иссушенным телом и осунувшимся лицом, тянется вперед к конопляной нитке позади ребенка. Огромными ножницами она перерезает нить, которую прядет по-матерински полная женщина в типичном немецком чепце замужней дамы. Она сидит на ограде напротив молодой, которая, как и старуха, перерезает нити жизни.

У ее ног сидит маленький обнаженный мальчик и срывает цветок. Эта группа в тенистой долине на фоне солнечного холмистого пейзажа, возможно, изображает этапы жизни — детство, юность, зрелость и старость. Но нагота, загадочное выражение на лице юной женщины, длинные распущенные волосы и мертвое дерево — все это напоминает о ведьмах.

И в самом деле, способность ведьм влиять на здоровье, жизнь и смерть — и таким образом, на нити жизни — тематически связана с греческими мойрами. В классической мифологии их связывали с духами мертвых и пророческими духами рождения, и они, будучи дочерями всемогущего Зевса и всевидящей Фемиды, отвечали за надзор над вселенским порядком. Влияние мойр на мир людей — которое Гомер неоднократно метафорически называл прядением нити, — исчезло из сознания человека. В самых древних источниках Гесиод описывает их как «дочерей ночи».

В греческих источниках говорится, что «из бессмертных лишь мойра одна» видит и знает все о людях. Некоторые авторы классической эпохи даже Зевса представляют подчиняющимся воле мойр.

Германские норны - родственницы современных ведьм

Норны были германским эквивалентом богинь судьбы. Они жили под Древом Мира, ясенем Иггдрасиль, и назывались Урд, Верданди и Скульд.

Как и ведьмы, норны сочетали знания о растениях со способностями к прорицанию. Если сравнить германский «вечнозеленый ясень» с голым деревом на гравюре Бальдунга, можно увидеть между ними огромную разницу. Несмотря на то ,что его ствол постоянно гнил, а корни вечно глодал дракон Нидхегг, Иггдрасиль, в отличие от дерева позади трех женщин на гравюре, всегда оставался зеленым и полным жизни. Причина была в том, что норны постоянно следили за его состоянием, обмазывая прикорневые части ствола целебной глиной и поливая его водой из колодца судьбы.

Такая разница между изображениями деревьев не обязательно основана на личном видении автора, который все же демонизировал язычество как мертвую религию. Скорее эти различия основываются на том, что главенствующая религия повлияла на гуманистическое искусство немецкого Ренессанса и подобным образом окрасила его восприятие. В начале XVI в., во времена религиозных и социальных волнений и на пороге религиозных войн, когда ужасные эпидемии чумы и сифилиса угрожали жизни людей, а санитарные условия были таковы, что нити жизней множества людей оборвались, неотвратимая судьба, поджидавшая каждого человека, должна была казаться особенно угрожающей.

Для христиан Господь один определяет жизнь человека и порядок вселенной. Такие решения не принимают богини стихий. В соответствии с христианской позицией, если ведьмы оказываются способны влиять на погоду своими прялками, тогда дьявол, которого Бог отправил испытывать людей, должен в этом

От богини к ведьме

Пока северные земли Европы XV в. изо всех сил боролись за реформацию религиозных и моральных устоев духовной жизни, солнечная Италия всеми своими чувствами стремилась навстречу заново открываемым классическим скульптурам богов и текстам, которые извлек из монастырей поклонник искусства Козимо де Медичи. Образованный итальянский интеллигент передал художникам новую концепцию красоты природы и облек в визуальные образы более чем греховную сторону, свойственную человеческому характеру. Эти разительные отличия между Северной и Южной Европой отражаются в искусстве того времени. Итальянское Возрождение исследовало новые области, такие как анатомия человека и перспектива. В Нидерландах и германских землях создавались картины адского инферно, ведьминых кухонь и танцев мертвых. Поразительно, что картины Иеронима Босха создавались в то же время, что и шедевры Леонардо, Рафаэля и Микеланджело!

Такое различие между этими культурами видно и в нескольких итальянских изображениях ведьм. Например, на рисунке Филиппино Липпи 1480 г. две привлекательные моложавые женщины с обнаженной грудью помешивают исходящее паром варево в красивом сосуде, покоящемся на звериных лапах, разукрашенном головами свиней и гарпиями. Без названия и классического котла эти две женщины с развевающимися волосами и одеждами могли бы показаться античными жрицами. Если бы кто-то решил изучить несколько образов демонизированных языческих женщин в искусстве юга Европы того периода, он мог бы согласиться с Жюлем Мишеле: «Эта невинная женщина хранит в сердце секрет, который никогда не раскрывала церкви. Она скрывает в душе сочувственную память о бедных старых богах, которые выродились в призраков».

Языческий мир посвящал себя счастью в этой жизни. Из мифов, которые дошли до нас, становится ясно, что боги и богини, которым поклонялись язычники, вели себя так, словно разделяли эти чувства, если угодно, с еще меньшей сдержанностью. В равной степени цельными были греческие и римские скульптуры, которые люди Возрождения вывели на свет божий из их векового сна за колючими розовыми кустами.

По более пристальному изучению образов ведьм становится очевидно, что весь комплекс культа Афродиты, заново открытый в эпоху Ренессанса, передался ведьме с течением религиозных волнений и радикальной трансформации общества, которые происходили в XV и XVI вв. Такой перенос особенно преобладал в землях, сотрясаемых Реформацией, где протестантские теологи использовали открытия более толерантных южных коллег, чтобы сделать свои обвинения против ведьм изощреннее.

Так, мы встречаем богиню любви в образе молодой ведьмы с прекрасным телом, которая следует примеру Афродиты Каллипиги, «той, что с красивыми ягодицами». Соблазнительная ее спина в таком же роде изображена на медной гравюре 1612 г1. Богиня любви, которая знает любовные зелья, называемые афродизиаками в ее честь, — стала ведьмой, превращающей мужчин в импотентов. В Спарте ее почитали как Амбологеру, «изгоняющую старость» — способность, которая относилась к целительству и представлялась черной магией с точки зрения отношения к ведьмам начала Нового времени.

Культ богини Венеры

Венера и природа — понятия синонимичные и взаимозаменямые... Эта богиня вездесуща и оживляет природу своими желаниями и инстинктами. В 1668 г. Иоганнес Преториус был свидетелем того, насколько все еще пылко торжествует поклонение «Фрау Венере, самой благ - родной и поносимой нимфе из всех духовных созданий» у Магдебурга. Он описывал, как они везли по улицам в повозке изображение Венеры, и не забыл упомянуть, что она была обнаженной

Голова ее увенчана миртом, на груди она несла горящий факел, в правой руке — глобус, а в левой — три золотых яблока. За ней шли три грации... Когда-то это было в горах, пещерах, скалах, где часто можно найти огромные своды и подземелья, где у нее был свой дом, паства и армии. Пятница среди прочих дней особенно хорошо подходит для того, чтобы призрак явился в маленьком теле... Ее движение — словно самая прекрасная и яркая звезда.

Несмотря на эти слова восхищения, автор не забыл включить и нравственное предостережение: те, кто станет жертвой соблазна Венеры, должны понять, что она — лишь призрак.

Особенно показательно в описании Преториуса этих языческих обрядов то, что Афродита все еще явно присутствовала дома, в дикой природе — на самом деле она никогда и не уходила. Это именно те места, чьи адские черты появляются на ночных сценах голландских картин на темы ведьминой кухни и искушений святого Антония. Преториус описывает обнаженную Венеру с длинными волосами, глобусом и другими атрибутами. Она воплощает женскую чувственность, великолепие или непредсказуемую природу Фортуны, богини судьбы. Последующие поколения столкнулись с трудностями определения отдельных аллегорий, если те не были ясно обозначены, поскольку нередко и Фортуна, и Венера, и Страсть служили моделями для изображения ведьм.

Нагота и длинные распущенные волосы, а также атрибуты — чертополох, черепа и козлы — могли указывать, что это были изображения ведьм. Однако те же атрибуты могли быть связаны с Венерой, Грехом, Роскошью или Судьбой. Несмотря на невероятную «страсть и радость», которые исходили от Венеры и пышным цветом цвели в шкатулке Пандоры, человек эпохи Возрождения должен был справляться с высокими требованиями, поскольку боги и богини в заново открытых античных текстах сохраняли странную амбивалентность. Они явно пренебрегали современной дихотомией, которая рассматривала все вокруг как добро или зло. Эти боги и богини были и добрыми, и злыми. Например, Афродита была богиней любви — и богиней смерти, как продемонстрировал Карл Кереньи в «Греческой мифологии».

Черные мадонны

Ранее темные стороны находили выражение в Черных Мадоннах, которых можно было обнаружить по всей Европе. Черная Мадонна показывает видимую связь между языческими культами Исиды и Афродиты и культом Девы Марии, который развился в позднее Средневековье. Те стороны характеров этих богинь, которые противоречили современной теологической позиции, затем перенесли на ведьму, которая, как мы уже видели, стала фигурой, внушающей страх и выставляемой на посмешище, в такой же мере, в какой популярна Мария.

Христиане в начале Нового времени стали смотреть на классические источники с новым интересом, намереваясь связать эти знания с христианскими идеями. Ожидать, что они признают божественность античных богов и богинь, было бы чересчур. Христианству известен лишь один Бог. Среди прозвищ Венеры — Мелаина и Мелаинис, «черная» — отсылки к ее темной стороне, которая начала выкристаллизовываться в образе ведьмы.

Преобладающей темой был образ ведьмы верхом на козле. Очень вероятно, что среди прочих его формированию способствовала Сапфо, греческая поэтесса VI в. до н. э., которая воспевает Афродиту как летающую богиню.

На картинах первых веков тысячелетия пещеры и ветхие руины изображаются как свидетельства времен язычества. Пугающее впечатление от тех времен видно в сценах ада, ведьминых кухонь и шабашей. Эти страшные образы также появляются в изображениях искушений святого Антония, где языческие места рисуются как рассадники летучих мышей, людей, изуродованных до облика монстров, и старых ведьм, которые смешивают смертельно опасные компоненты, чтобы приготовить разрушительные смеси.

Культ богини Дианы

Когда мы представляем ночной полет ведьм к месту танца, в голову приходит образ римской богини-охотницы Дианы. В Canon Episcopi 907 г. н. э. можно прочесть: «Также не стоит упускать из виду, что некоторые преступницы, совращенные Сатаной, поддавшиеся соблазну иллюзий и фантомов, насланных демонами, верят и открыто признают, что глубокой ночью они верхом на неких чудищах вместе с языческой богиней Дианой, с бессчетной ордой женщин в ночной тиши летят над просторами страны и подчиняются ее приказам как своей госпоже, когда их созывают к ее услугам на другую ночь». Охотники ждали ее команды и следили за тем, чтобы определенные убийства и жертвенные ритуалы были совершены; если это не было сделано, она могла остаться крайне недовольной.

В христианском искусстве Диана командует «дикой армией», как представил ее Урс Граф на своей картине «Das wilde Heer». Во времена Римской империи ее изображали на инталиях, отливали в бронзе, вырезали ее скульптуры из камня как Повелительницу зверей, обычно в окружении собак, львов и особенно оленей. В таком виде она представляла собой подходящую модель для ведьмы, которую показывают в окружении воронов, кошек и сов. Сравнение картин с изображением Дианы-охотницы с образами ведьминых шабашей раскрывает сходство обоих предметов в отображении диких поступков обнаженных женщин в центре обычного лесного пейзажа.

Со времен эпохи Возрождения Диана, которую итальянские сабины видели как богиню плодородия, защитницу диких животных и хранительницу родов у людей и животных, давала пищу фантазиям художников о диких празднествах с обнаженными женщинами в сельской местности. Эта богиня также обогатила репертуар изображений ведьминых шабашей.


Комментарии

Добавить комментарий

Поля отмеченные * обязательны.

Если не можете разобрать код, нажмите на него. Картинка будет заменена.
 
ПРОВЕРЬТЕ СЕБЯ ОНЛАЙН

Загрузка...

ПОПУЛЯРНЫЕ ТЕСТЫ


ГОРОСКОП НА СЕГОДНЯ
Овен Телец
Близнецы Рак
Лев Дева
Весы Скорпион
Стрелец Козерог
Водолей Рыбы