гороскоп

Как воспринимать смерть близких

В силу того, что в России долгое время насаждалось атеистическое воспитание, наше отношение к смерти было в общем-то никаким. Ее как бы и не существовало (так же как и секса, по утверждению советской женщины – участницы телемоста Познера–Донахью на заре перестройки). Мысль о смерти вытеснялась на задворки нашего сознания. Мы понимали, что она есть, что ее присутствие в нашей жизни реально и неоспоримо (у нас умирали родственники, близкие), но мы по-прежнему как страусы прятали голову в песок: да, есть, да, существует, но... это нечто непонятное, не поддающееся нашему осмыслению, и потому, столкнувшись лицом к лицу со смертью, мы терялись. Наша установка была приблизительно такой: это печальный краткий акт, о котором следует как можно скорее забыть. Отдать смерти необходимую ритуальную дань – и выкинуть из памяти.

Как воспринимать смерть близких

Такое понимание смерти мешало нам не только подготовиться к ее неизбежному приходу, но и достойно пережить смерть близких. Я не случайно употребила слово «достойно». Смерть есть безусловно некая своеобразная вершина жизни, конец, венчающий ее и поэтому смерть надо уметь встретить так, как и положено христианам, недаром в молитве говорится о «безболезненном, мирном, непостыдном конце».

На отрезке «жизнь – смерть» свершаются величайшие достижения человека, его взлеты и падения, ошибки и прозрения. Но если жизнь была прожита правильно, так, как подобает, то и смерть должна быть правильной.

«Назначено людям однажды умереть, – писал апостол Павел, – а дальше грядет суд Божий».

Жизнь нам дается как шанс, который мы должны использовать должным образом, ведь жизнь заново не проживешь и не перепишешь набело.

Наши представления о смерти во многом перевернула книга американца Раймонда Моуди «Жизнь после смерти», в которой собраны свидетельства людей, переживших клиническую смерть и возвратившихся буквально с того света. Их воспоминания во многом совпадали; вот примерная схема «путешествия» в загробный мир:

начало клинической смерти, ощущение трудно передаваемого блаженства;

 наступление смерти, душа отделяется от тела и парит над ним;

 человек погружается в туман или пустоту, затем попадает в длинный туннель, в конце которого виден свет; он летит по этому туннелю с огромной скоростью;

 по выходе из туннеля человек встречается с родственником или другим близким человеком, иногда – с Иисусом Христом;

 он попадает в райские кущи (как правило, это прекрасный сад или бескрайние луга), слышна тихая неземная музыка;

 в это время (или еще раньше, когда человек «пролетал» по туннелю) перед его внутренним взором начинают разворачиваться картины прошлого. Впечатление такое, словно он смотрит кино. (Вообще любой умирающий человек начинает жить прошлым. Об этом написано у Льва Толстого, много размышлявшего о смерти, в рассказе «Смерть Ивана Ильича»: «В последнее время того одиночества, в котором он находился, лежа лицом к спинке дивана, того одиночества среди многолюдного города и своих многочисленных знакомых и семьи, – одиночества, полнее которого не могло быть нигде: ни на дне моря, ни в земле, – в последнее время этого страшного одиночества Иван Ильич жил только воображением в прошедшем».

 спустя какое-то время родственник, встретивший человека перед выходом из туннеля, или просто чей-то голос приказывает умирающему вернуться в земной мир;

 возвращению сопутствует резкая боль.

Это поразительное совпадение зрительных образов и слуховых ощущений людей, побывавших в состоянии клинической смерти, доказывает, что феномен смерти поддается изучению и исследованию. Изучаем же мы проблемы, связанные с жизнедеятельностью человека, почему бы не рассматривать и проблемы его ухода. Другое дело, что смерть таит в себе очень много загадок, может быть, гораздо больше, чем жизнь, она окутана завесой мрака и молчания.

Мистика смерти

Интересно отметить, что среди актеров – людей, обладающих сверхъестественной чувствительностью и интуицией, – существует мнение, что за вещи, так или иначе связанные с мистикой смерти, лучше и не браться, иначе последует цепь малообъяснимых и страшноватых событий. К таким произведениям относятся «Мастер и Маргарита» Булгакова, «Смерть Ивана Ильича» Толстого, «Макбет» Шекспира. Почему? Никто не знает. Но факт остается фактом. Только за произведение Булгакова советские (российские) режиссеры брались семь или восемь раз – и безуспешно. Слишком крепким орешком оказались Воланд и К0.

Также плохим знаком в актерском кругу считается лежать в гробу. Известная актриса Наталья Варлей неоднократно в своих интервью рассказывала, что, если бы ей сейчас предложили роль Панночки в «Вие», она бы отказалась. Эта роль, по мнению Варлей, во многом определила последующую жизнь актрисы и направила ее «не по тому пути».

Описанные выше картины перехода в иной мир во многом совпадают с христианской концепцией о «том свете». Никто из опрошенных не говорил о чувстве страха или ужаса, которые, по нашему искаженному мнению, должны испытывать умирающие. Все это свидетельствует о том, что в факте смерти нет ничего страшного или ужасного.

Известно, что смерть страшна для грешников и ведьм. Их душа, или, вернее, тот сгусток черной энергии, который определял при жизни все их помыслы и поступки, никак не может покинуть землю. Ведьмы вообще не могут умереть, не передав своих секретов потомкам по женской линии (смотрите в оба: нет ли среди ваших родственниц чернокнижниц, они могут попытаться обратить вас в свою дьявольскую веру).

Крылатое изречение древних («Помни о смерти») имеет глубочайший смысл. Помнить о смерти – значит жить, соизмеряя свои поступки и мысли с вечностью, не забывать о том, что когда-то и ты предстанешь перед Страшным судом.

Как сказал поэт: «Узнай, где свет, – поймешь, где тьма». Высший смысл и значение смерти, может быть, в том, что только благодаря ей мы познаем абсолютную ценность и смысл жизни («Только размах потери и делает смертного равным богу». И. Бродский). Если бы люди не умирали, а жили вечно (любимая мечта фантастов), мы бы не так остро ощущали прелесть и неповторимость жизни.

Как воспринимать смерть близких. Проблема смерти волновала людей издавна. Люди не могли смириться с тем, что должны бесследно уйти, что их неповторимая личность исчезнет навсегда. Основной постулат буддизма говорит о реинкарнации (повторных рождениях). Мы привыкли полагать, что вера в реинкарнацию процветала только в Индии. Но это не так.

Подобные воззрения имели место и в Древней Элладе, и в Древнем Египте. Так, гениальный математик Пифагор, живший примерно за полторы тысячи лет до нашей эры, утверждал, что в своих прошлых жизнях он был рыбаком, крестьянином, женой торговца и гетерой.

Следует отметить, что именно в Египте появился фундаментальный труд, описывающий подготовку человека к смерти, – «Книга мертвых». Вначале египтяне считали, что только великие люди – фараоны и верховные жрецы – имеют право на второе рождение, но со временем в обществе распространились взгляды, что воскреснут все: от аристократа до простого человека.

«Книга мертвых» содержала в себе свод определенных правил, которые надлежало выполнить, чтобы попасть в загробный мир. Эти правила были весьма конкретны и точны. Древнейшие из магических заупокойных формул писались на стенах гробниц фараонов, саркофагах вельмож; затем тексты стали писать на папирусах и класть их на грудь мумий. Схема ритуала смерти и воскресения Осириса, наиболее почитаемого бога, позволяла каждому участнику египетских мистерий приобщиться к вечному круговороту жизни и смерти. Они должны были силой воли и воображения отождествить себя не только с умирающим, а впоследствии воскресающим Осирисом, но и с солнечным богом – Амоном-Ра. Вместе с ним участвующий в мистерии должен был взойти в ночную барку и отправиться в царство мертвых.

Проходя через такой ритуал, египтяне могли в полной мере ощутить величие и великолепие жизни и спокойно отнестись к будущей смерти. Нельзя без волнения читать слова одного египтянина, жившего в 3-м тысячелетии до н. э.: «Смерть для меня теперь – как запах благовоний, как странствие под парусом, когда дует попутный ветер. Она как лотосовый аромат и достигнутый берег страны упоений».

В Тибете была создана своя «Книга мертвых» («Бардо тодол»); она представляла собой собрание наставлений для умершего человека в период сорока девяти дней между смертью и новым рождением. Посвященная ступеням мистического опыта, она излагает содержание трех частей пути, которые предстоит пройти умершему: это личная смерть, возникновение потустороннего света, экстаз, появление образов и видений и затем процесс нового воплощения в физический мир (как видим, основные этапы загробного пути совпадают с описанными выше свидетельствами людей, находившихся в состоянии клинической смерти).

Любопытно отметить, что мистические переживания, колдовство всегда были связаны со смертью, которую искусственно «режиссировали», то есть проводили различные обряды, так или иначе связанные с путешествием на тот свет. Например, во время знаменитых древнегреческих элевсиний (посвящений в жреческую касту) неофиты подвергались различным испытаниям, и в конце долгого путешествия они должны были провести некоторое время в темной безмолвной пещере (символ смерти, или состояния абсолюта) – и после этого новообращенные жрецы внезапно начинали видеть свет и слышать потусторонние голоса.

Страх смерти

Интересно отметить еще один важный момент: мы боимся смерти, и этот страх сидит где-то глубоко внутри нас. Сколько существует человечество, столько оно и пытается преодолеть страх смерти. Сократ считал, что «те, кто подлинно предан философии, заняты, по сути вещей, только одним – умиранием и смертью». Платон развил основной тезис Сократа, согласно которому смерть есть отделение души от тела, освобождение ее из «темницы», где она пребывала в течение земной жизни. Таким образом, в сочинениях греческих авторов впервые затрагивается вопрос о бессмертии души, который впоследствии станет определяющим в христианской традиции.

По-другому трактуется смерть в ветхозаветной литературе, отражающей древнееврейское мировоззрение. С одной стороны, здесь (и это характерно для всех древних культур) смерть не является чем-то трагическим, а воспринимается как естественное, логическое завершение земного пути. С другой стороны, смерть рассматривается как наказание человека за его грехи. Смерть в свете этого учения есть бессмысленный акт, но эту бессмысленность можно преодолеть, приблизившись к Богу.

В христианстве смерть понимается как острое переживание личного бытия. Одним из главных мотивов христианства становится вера в спасение человеческого рода благодаря смерти и воскресению Иисуса Христа, «смертию смерть поправшего».

По-иному трактуется смерть в индуистской культуре. Как уже упоминалось выше, в Индии теория реинкарнации получила наиболее широкое распространение и дожила до наших дней. Реинкарнация там называется сансара, что означает – «колесо рождений». Число перевоплощений одного человека, согласно этому мировоззрению, поистине бесконечно. Если он страдает в нынешней жизни, виновата карма – закон причинно-следственной связи. Теория кармы в XX веке нашла множество последователей не только на Востоке, но и в западном обществе. И вообще восточные учения никогда не выходят на Западе из моды. Можно вспомнить секс-символа Голливуда Ричарда Гира, открыто проповедующего буддизм. Регулярно отправляется в Индию, чтобы очиститься и подпитаться энергетикой, знаменитая актриса Голди Хоун. А Грета Гарбо наших дней – Ума Турман – и вовсе обязана своим экзотическим именем папочке, специалисту по философии буддизма и первому американцу, удостоившемуся права называться тибетским буддийским монахом. Кстати, имя актрисы в переводе с хинди означает «награжденная благословением».

Следовательно, смерти как таковой, согласно буддизму, – нет. Есть бесконечные перевоплощения человека в его разных рождениях. Одним словом, сансара.

Неразрывна цепь творенья: Все, что было, – будет снова; Все одно лишь измененье; Смерть – бессмысленное слово.