гороскоп
Психология - статьи, советы » Психология супружества » Как важны восхищения в браке - супружеской жизни

Как важны восхищения в браке - супружеской жизни

Я сталкивался со многими масками супружеского восхищения.

Восхищения в супружеской жизни. Имитация восхищения

 Его проявления зависят от приливов и отливов в чувствах имитирующего. Он ловко жонглирует «ахами» и «охами», но его восхищение не имеет ничего общего с нашими подлинными качествами. Однако, если наше поведение в чем-то не удовлетворяет имитирующего, восхищение его мигом испаряется. Мы становимся самыми плохими и самыми жалкими. Стоит ему разозлиться, как оказывается, что мы живем вместе лишь благодаря чрезвычайному великодушию другой стороны. И никогда не знаем точно, каково же его реальное мнение о нас.

Мы начинаем подозревать, и не без основания, что роль, которую он нам отвел, более чем незавидна и что, оказывается, речь вообще не может идти о наших качествах и достоинствах. Мы убеждаемся, что восхищение, которое он нам когда-то засвидетельствовал, не соответствует действительному нашему образу, который он выстроил в своем воображении. Дни, в которые он «выставляет» нам поощрительные оценки, становятся все более редкими. Восхищение превращается в тот «люкс», который надо заслужить, удовлетворив все его требования. Иначе говоря: восхищающийся нами постоянно таким образом похищает нас как личность.

Восхищения в супружеской жизни. Восхищение – только эхо

 Нами могут гордиться, убеждая, что окружающие нас ценят, прислушиваются к нашему мнению, ищут наших советов, верят в нашу опытность. Но мы скоро начинаем понимать – мы как дорогой мех, который носят на плечах во время приемов. Восхищение, которое в этом случае открыто демонстрирует нам наш партнер, есть своеобразное приглашение-напоминание окружающим восхищаться его собственными качествами. Как бы нас встречал и каким бы был наш супруг или супруга, если бы между нами не было глубокого родства в наших достоинствах!

 А дома восхищение толкуется как смешной фарс, нечто, что мы получили только от сожаления и посредством которого, по сути, над нами хотели посмеяться; нечто, чего мы ждем совсем незаслуженно, и надо быть довольными, что нам помогли, чтобы никто не понял, «какой ты товар», с помощью восхищения «на людях для людей», а авторитет нам дали взаймы. Иначе говоря: подобное эхо всегда напоминает нам о давно пересохшем колодце наших отношений.

Восхищение-сравнение

 Таковое никогда не бывает в нашу пользу. Потому что оказывается, что наши достоинства «ниже травы» и вообще не могут измеряться достоинствами других. (Больше всего меня смущает в данном случае мысль, откуда же наш партнер мог так хорошо их узнать.) Сравнивают нас всегда и во всем. И все они – знакомые и незнакомые люди – всегда и во всем нас превосходят. А партнеры и существуют только для того, чтобы им завидовать.

Мы, возможно, самые неуклюжие, самые неумелые, самые нечувствительные. Мы – лишь одно сплошное недоразумение: под нашим носом «дефилируют» такие блага, в руки нам падают такие возможности, а мы... Да и вообще, о чем говорить! Иначе говоря: в нас все время растет напряжение от ожидания очередного сравнения, в котором мы окажемся в знаменателе дроби с отчаянно подавляющим нас числителем.

Иронизирующее восхищение

 От него наше самочувствие быстро ухудшается. Более того, невозможно избежать его жала. Ни к чему пытаться совместить несовместимое: «Ты – потрясающий лжец!», «Ты – страшный негодяй!», «Ты – бесподобный болтун!» и т. д. Самое опасное при иронизирующем восхищении – тот видимый аванс, который нам дается, но который нас лишь еще больше обескураживает. Потому что мы прекрасно осознаем, что речь идет совсем не о тех достоинствах, которыми можно гордиться.

Вирус иронии устойчив и быстро находит питательную среду в нас самих – чем больше мы стремимся его нейтрализовать, тем больше ослабевает вера в наши собственные возможности. И незаметно мы начинаем вести себя парадоксально неуверенно, прибегаем к «спасительной лжи», чтобы избежать саморазрушительных анализов; становимся отчаянно медлительны – ибо ничего не получается из того, что мы первоначально задумали. То, чего мы с легкостью когда-то добивались, сейчас нам начинает видеться трудным и недоступным; все чаще мы начинаем понимать, что теперь мы используем слова как спасительный щит. Иначе говоря: ирония всегда отнимает у нас даже те малые душевные силы, которые остались от непрерывной борьбы за то, чтобы доказать, что и в нас есть качества, которые достойны восхищения.

Восхищение-индульгенция

 Случается, нами откровенно восхищаются, не скупятся на похвалы, расточают бальзам по поводу признания наших достоинств. Но это бывает чаще всего тогда, когда наш партнер виноват в чем-то и через восхищение хочет получить некий вид на прощение. Мы оказываемся самыми добрыми, потому что никому не в состоянии сделать зло. Самыми благородными, потому что готовы забыть боль, которую нам причинили. Мы самые нежные, потому что непременно поможем, все поймем, всегда уступим. Такими мы останемся и при следующей «фиесте» нашего партнера, когда ему опять будет выгодно, чтобы мы переполнились достоинствами через край.

Иначе говоря: оказывается, было бы лучше, если бы нами восхищались как бесподобными злодеями, чем как святыми наивняками! Все это эгоистичные псевдоварианты восхищения, на которые вправе рассчитывать каждый. А мы надеемся на чуточку восхищения совсем не потому, что мы слабы, хрупки, неуверены в себе и сбиты с толку. И не потому, что непременно нуждаемся в милосердных подпевалах. Однако не следует недооценивать искреннего восхищения нашего партнера.

Оно лечит нас от ошибок, не топча наше достоинство, а вселяя в нас веру по поводу наших возможностей. Доказывает нашу действительную близость к сообществу людей. Показывает богатую валентность наших чувств. Своим умением восхищаться мы подталкиваем и помогаем близкому человеку в действительности проявить свои качества, и не только оправдать нашу веру, но и превзойти наши ожидания. Поэтому люди, которыми мы восхищаемся, реже ошибаются, и их самочувствие реже страдает, в них реже приходится вселять веру.

Всегда, когда приходят ко мне за советом, я не упускаю случая рассказать сказку о муже, который пошел на базар продавать своего коня, поменял его на козу и т. д., до тех пор, пока не дошел до пресловутой курицы. И который выиграл пари у своего знакомого, с которым поспорил, что дома жена его ни в чем не упрекнет, а наоборот, чужому человеку всегда скажет, что ее муж поступил самым лучшим образом.

Рассказываю я это не только из любви к сказкам. Мне хочется, чтобы в каждом из нас всегда жила уверенность, что наш супруг или супруга всегда нас поймут самым правильным образом и не забудут, как важно постоянно поощрять друг друга. И как ценна наша вера друг в друга – вера не по обязанности, не по обстоятельствам и не по данности, а рожденная нашим постоянным сближением и многократно проверенная годами, прожитыми вместе.

 Когда я тебе пишу о восхищении, которым каждый из нас обязан друг другу, то я вовсе не имею в виду бурные аплодисменты, пафос восторженного восклицания и экзальтированные эмоции. Если ребенку постоянно внушать, что он глупый, то он никогда не поверит, что это не так. И если к нам, большим детям, непрерывно относиться как к гномам, мы никогда не дерзнем вести себя как великаны.

Думаю также, что большая река супружеских отношений, о которой я вспоминал в самом начале, останется непреодоленной, если мы не отыщем брода в наших чувствах. По нему, воодушевленные верой друг в друга, мы все-таки достигнем заветного берега супружеской гармонии.

Восхищения в супружестве

Вспоминаю сказку детских лет. Было три реки. Если войти в первую, то выйдешь страшным и отвратительным. Из второй выходишь красивым, но с холодным, как лед, сердцем. Из третьей выходишь сияющим – и душой, и мыслью, и чувством...

Теперь я знаю, что в супружестве мы преодолеваем много рек и ручейков. Переплываем их вместе и по отдельности. Редко даем себе отчет, как мы выглядим после этого в своих собственных глазах и в глазах другого. И все-таки самая широкая и самая глубокая из рек, в которой мы всегда ищем брода, это река наших отношений. Ее течение способно унести все недоразумения, тину ссор, способно постоянно нас очищать. Но не стоит превращать ее берега в свалку собственных разочарований. Не стоит замутнять ее кроткие омуты взаимными обвинениями. Не стоит слишком уповать на ее волшебную силу. Ибо величайшая ее сила в нашем умении уважать личностное друг в друге. Давайте хранить и поощрять убеждение, что мы способны на значительно большее, за что ценим друг друга и верим друг другу. И верить, что человек рядом с нами непременно хороший. Что бы ни огорчало нас вчера или сегодня. Как бы мы ни чувствовали себя обиженными, непонятыми, недооцененными...

Всегда, когда ко мне приходят за советом, мне приносят корзину выстраданных мудростей, печальных открытий и еще более печальных намерений. Естественно, им приходится вводить меня в курс дела – мне рассказывают о начале разрыва, обо всем том, что превратило трещинки в отношениях в непреодолимую бездну, об обстоятельствах, которые оказались непосильными и фатальными. Каждый составляет характеристику переживаний так же, как каждый по-своему реагирует на боли. «Виноватый» супруг или супруга постепенно вырисовывается передо мной как некое страшное и невыносимое чудовище, которое можно терпеть только ценой нечеловеческих усилий.

Я всегда спрашиваю: нет ли чего-то в вашем партнере, что вы особенно цените? В ответ на меня глядят недоумевающе. Поясняю – глубоко убежден, что у человека не могут быть целиком ампутированы сразу все достоинства. Дополняю – может быть, вы просто не хотите их замечать? Э, машут рукой понимающе, человек-то он не такой уж плохой, но в последнее время... А разве, продолжаю я, в этом нет никакой вашей заслуги? Он невыносим для всех или только для вас? Какое это имеет значение, отвечают мне почти сердито, я знаю, что перед другими он притворяется, будто что-то из себя представляет. И что из того, что для других он хорош? Ведь для меня– плох? Он же не с ними живет. Не они же нарожали ему детей. Нет, соглашаюсь я, но, может, не следует так резко противопоставлять себя людям вообще. Я интересуюсь потому, уж поверьте мне* что не может быть, чтобы у вас все было белее белого, а у него – чернее черного..,

И может быть, все же спросим себя, почему так скоро после заключения брака мы начали видеть все, как в кривом зеркале, почему перестали думать и видеть в человеке, который наконец стал рядом с нами, личность? И не накаляем ли мы домашнюю атмосферу тем, что постоянно его оцениваем, экзаменуем, поучаем? И так ли уж сильно он изменился и продолжает меняться? Можно ли все объяснить нотой ролью, новыми условиями и новыми требованиями? Разве и мы вместе с ним не оказались в равных новых условиях – и мы ведь осваиваем их, привыкаем к ним, и тоже не всегда безболезненно? И когда ему действительно становится трудно, не оставляем ли мы его нарочно, умышленно тонуть, соблазненные подленькой мыслью, что, вытащив его, нам будет легче сделать его зависимым?

Почему мы всегда помним, что нужно поощрять детей, даже когда они с трудом справились с данной задачей, за усердие, за желание, за проявленный характер? И почему забываем, что подобное поощрение требуется в любом возрасте? Меньшинство – это те, кем восхищаются дома, повторял Монтень.

Как важны восхищения в браке. Почему окружающие люди нас ценят больше, чем близкие? Не потому ли, что лучше нас знают? Но разве это не парадокс? А может быть, потому, что они нас знают с лучшей стороны? И что мешает нам быть такими всегда и везде? Неужели правда, что мы до такой степени тщеславны и лицемерны, что можем блистать вне дома, а в кругу семьи мы скучны и надоедливы? Или такими нас привыкли видеть?

По мнению психологов, именно в счастливых семьях супруги гораздо охотнее и сознательнее завышают оценки друг другу, доброжелательны к поступкам своего партнера, даже когда, если объективно взглянуть, должны были бы быть недовольны.