гороскоп

Суфизм в исламе

Суфизм начинается с Мухаммеда, ибо суфии числят его своим в силу тесной связи с Богом, полученных им откровений, вознесения (мирадж) на небеса и превосходства над всеми другими людьми. Доказательства его суфизма в исламе они находят в хадисах и в самом Коране, неисчерпаемом источнике мистического познания, ибо в нем изначальная мудрость даруется потомкам Адама и Евы, признающим Бога своим Владыкой на вечные времена и тем самым скрепившим союз, который накладывает обязательства на обе стороны (Сура7,172). В другой суре, очень важной для суфиев, говорится, что Бог «ближе человеку, чем его яремная вена» (50,16). Наконец, суфии охотно используют еще один постулат Корана— призыв совершать зикр, т.е. размышлять о Боге или же взывать к нему (13,28; 33,14). В практике суфизма в исламе зикр нередко сопровождается перебиранием четок, дыхательными упражнениями, музыкой и экстатическими танцами— наподобие того, что исполняют мевлеви или крутящиеся дервиши, которые следуют заветам Джалала ад-дин Руми (1207–1273), великого мистического поэта из города Конья (Турция).

Из преданий об общине Мухаммеда известно, что некоторые из ее членов отличались особой нетерпимостью и консерватизмом— именно от них берет начало традиция отрицания светского начала. Некоторые исследователи видят в них первых суфиев. В период правления первых халифов и территориальных завоеваний раздаются голоса, протестующие против изменения нравов и обрядов. Тогда же возникла еще одна дилемма: следует ли идти путем соблюдения ритуалов и легализма или же внутренней веры и любви. Является ли Бог бесконечно далеким и абсолютно чуждым Владыкой или же он достижим и полон любви? После того, как Омейяды перенесли халифат в Дамаск, оставив суровый Аравийский полуостров, противоречия между растущей секуляризацией нравов и негодующими по этому поводу фундаменталистами только обострились. Хасан ал-Басри (ум.728), один из первых мусульманских аскетов, во все времена помнивших лишь о Боге и восстававших против материального мира, находит оправдание своей позиции в хадисе самого Пророка: «Если бы знали то, что знаю я, вы бы меньше смеялись и больше плакали».

Обряды. Важной переходной фигурой суфизма в исламе является женщина, Рабиа ал-Адавийа (VIIIв.), чьи парадоксальные суждения и мистическая страстность возвысили аскетическую традицию, которая обрела благодаря ей совершенно новый размах. Многочисленные рассказы, посвященные подвигам Рабии, доказывают популярность суфизма в народе. Ее любовь к Богу была столь всеобъемлющей, что исключала все остальные чувства— в том числе страх перед адом, стремление к раю и ненависть к Сатане. Действительно, набожность суфиев весьма часто предполагает только любовь к Богу в ущерб остальным его созданиям. Дружба, семья, дом, пища и даже красоты природы оставляют суфия равнодушным, ибо они вступают в противоречие с идеалом полного самоотречения (факр, главное достоинство факира).

В основе суфийской религиозной практики лежат отношения между учителем и учеником. Учитель (шейх или пир) обладает абсолютной властью над учеником. Великий учитель может достигнуть святости (стать вали Аллах, «другом Бога»): в этом случае его благотворное влияние сохраняется и после смерти, а могила превращается в место паломничества. К концу VIIIв. вокруг великих учителей начали собираться многочисленные ученики, и места общего проживания обратились в монастыри (рибат или ханака). Будучи поначалу явлением временным и спорадическим, монастыри в XIIв. превратились в богатые и влиятельные учреждения со своей иерархией, уставом и обрядом посвящения, создание которых приписывалось некоторым прославленным мистикам прошлого. С XIIIв. формируются суфийские ордена и братства, претендующие на звание великих учителей: бекташийа (XIVв.), сухравардийа (ок.1200г.; пользовались большим влиянием в Индии), рифаийа или Вопящие Дервиши (XIIв.), шазилийа в Египте, кадирийа и накшбандийа. На границах исламского мира религиозные ордена занимались обращением неверных, но многие местные пиры при этом становились маленькими воинственными князьками. Напротив, индийские пиры избирали образцом для подражания харизматических индуистских гуру. Часто звание учителя переходило от отца к сыну.

Имамистский шиизм и суфизм имеют некоторые сходные положения— такие как статус вали (святой) и актаба (от кутб, «полюс», главный духовный наставник каждой эпохи), последовательность смены пророков и ступени духовного развития. Подобно шиизму, суфизм развивает эзотерические стороны (батина) ислама.

В своих доктринах и ритуалах суфии часто подвергают осмеянию ортодоксов. В свою очередь, те предают анафеме суфиев за пантеизм, вольномыслие, антиномизм, пренебрежение к молитве, посту и паломничеству. При некоторых режимах их изгоняли и преследовали. Нищенствующих суфиев часто принимали за шарлатанов или еретиков. Великий суфий Хусейн ибн Мансур ал-Халладж (857–922), которого подвергли пыткам и казнили в Багдаде, несомненно, заслуживал такого наименования в силу своего религиозного экстремизма и политических пристрастий. Он прославился тем, что хвалил Иблиса (имя Сатаны в Коране) за отказ поклоняться Адаму, когда Бог повелел делать это всем своим созданиям (Сура2,28–34), ибо считал ослушание Иблиса доказательство его верности монотеизму. Халладж известен также дерзким определением своего экстатического слияния с Богом: Ана-л-Хакк— Я есмь Истина [=Бог]. Для ортодоксов подобное утверждение звучало как величайшее кощунство, но и сами суфии считали его ошибкой, поскольку оно, хоть и считалось истинным, противоречило принципу умолчания в присутствии непосвященных. Тщеславный мистицизм ал-Халладжа напоминает заявления ал-Бистами (ум. 874) типа: «Преславен я! О, как я велик!» или «Я видел, как вокруг меня ходит Кааба».

Абу Хамид Мухаммед ибн Мухаммед ал-Газали (1058–1111) был учителем законоведения, калама (диалектической теологии) и философом, но в середине жизни, пережив тяжелый духовный кризис, принял суфизм. Он остается в истории борцом за познание на основе непосредственного опыта и откровения, а не путем философских рассуждений. Его знаменитое сочинение Тахафут ал-фаласифа («Самоопровержение философов»), а также автобиография и трактат Ихйа улум ад-дин («Воскрешение наук о вере») представляют собой убежденную проповедь ортодоксии, законности и необходимости мистицизма.

Мистическая поэзия, представленная такими образцами как Маснави Мауланы Джалала ад-дин Руми и Мантик ат-тайр («Собрание птиц») Фарида ад-дин Аттара, имели куда больший успех, чем руководства суфиев. Эти учебные пособия, уделяющие главное внимание чисто техническим деталям, остаются чрезвычайно абстрактными и труднодоступными. Этапы духовного роста определяются по-разному, в соответствии с концепцией определенной суфийской школы или ордена. Число макамат или ступеней аскезы и ахвал или мистических состояний варьируется. Абу Наср ас-Саррадж (ум.988) во введении в суфизм Китаб ал-лума приводит семь таких ступеней:

1. тауба

раскаяние

2. вара

богобоязненность

3. зухд

воздержание

4. факр

бедность

5. сабр

терпение

6. таваккул

упование на Бога

7. рида

удовлетворенность

Страницы:

1 2 3 4 5

РЕКОМЕНДУЕМ