гороскоп

Народный праздник 6 июля

С Аграфены на Руси купальный сезон открывался. Конечно, ребятишки задолго до этого дня речки да пруды осваивали, а вот старики со старухами обеты берегли, стараясь даже в баню без нужды не ходить.

Приметы на народный праздник 6 июля

Зато на Аграфену в каждой семье устраивался настоящий банный праздник, потому что водой в этот день все нечистое с себя можно было смыть, а веником любую хворь выбить. Заготавливали их особым способом: в каждый веник входило по веточке березы, ольхи, черемухи, ивы, смородины, калины, рябины, липы, туда же и луговые цветы вплетали, чем больше разных цветов удавалось найти, тем выше ценился веник. Вязали их столько, сколько нужным считали, но никак не меньше трех. Ведь одним таким чудесным веником нужно было в бане попариться, другим недавно отелившихся коров обрядить, а с помощью третьего на будущее гадали. Для этого перебрасывали его через голову, и если веник вершиной к погосту падал, ждали скорой болезни или даже смерти бросавшего.

А еще в этот день принято было рожь выкатывать, то есть мять ее, катаясь по полосе, якобы придавая зерну особую крепость, а земле сохраняя плодородность. Хозяйки на Аграфену, чтобы куры лучше неслись, варили все оказавшиеся в доме яйца. А мужики с глухой полночи до утренней зари Иванова дня искали в заветных местах зарытые лихими людьми клады.

Да и вообще ночь с Аграфены на Ивана считалась самой удивительной ночью года, в это время даже деревья и травы могли переходить с места на место, разговаривая друг с другом. А уж нечисть всякая как потешалась! Поэтому предусмотрительные крестьяне окна горниц завешивали полынью и крапивой, а в дверях скотных дворов ставили осиновое деревце, вырванное с корнем.

Чтобы избавиться от всяких бед и напастей, собирали и сжигали шиповник, чертополох, боярышник и другие колючие растения. А девушки в это время, запасясь двенадцатью заветными травами, гадали по ним о суженых.

Почему именно на Аграфену самые, казалось бы, обыкновенные цветы и травы обретали вдруг чудодейственную силу? Может быть, потому, что именины святой приходились на канун праздника языческого бога Купалы, который в славянской мифологии причислялся к сонму знатнейших богов и был покровителем всех цветущих и плодоносящих на земле растений. Поэтому, наверно, и Аграфену не только купальницей называли, но и Аграфена лютые коренья, стараясь в этот и следующий за ним Иванов день на целый год целебными травами запастись.

Сила земли и травы

Древние всеведы, чародеи и знахари были уверены в том, что «Земля сотворена как человек, а вместо власов былие (траву) имеет». Вот и наделялись растения волшебными свойствами, «способными и боль усмирить, и от напастей избавить, а в злых руках порчу напустить». Вслушайтесь только, сколько чарующей власти и силы звучит в их названиях: одолень-трава, папорть бессердешная, одурь сонная, колюка, чернобыльник... Но далеко не каждый человек мог понять, различить, а уж тем более применить по назначению это волшебное былие: «Целебна трава, если собирать ее знаючи». А подобными способностями обладали лишь те, кого в народе считали травознаями, зелейниками, ворожеями, знахарями, чародеями и т. п. Каждой травке-былинке ведали они свойства чудесные, место и время сбора их примечали, а для врачевания или ворожбы использовали иной раз такие растения, о которых ни в одном учебнике сейчас не прочтешь.

Вот, например, баранец-трава. В прежние времена верили, что росла она в низовьях Волги и приносила плод, похожий на ягненка. Но в отличие от материнского растения, с которым соединялся тот «ягненок» стеблем-пуповиной, был он страшно мохнат, спереди имел клешни наподобие раковых, и питался исключительно травой, до которой дотянуться мог. Сердцевина этого удивительного растения напоминала по вкусу мясо, а из меха, которым оно якобы обрастало, шили шапки. Счастливым считался тот, кто баранец-траву отыщет, потому что сам сыт-одет будет, да и семью накормить сможет.

Но мало было на Руси счастливчиков, о счастье все больше мечтали, как о разрыв-траве, обладатели которой могли любые клады заговоренные отыскать. А прострел-трава дом от пожара спасала, плакун-трава снимала чары колдовские, улика-трава любовь возвращала...

И если кто-нибудь сможет сейчас «травий» язык вспомнить, распечатает он словом заветным силу великую, в травах уснувшую, и вновь станут они помогать людям чудеса творить.