гороскоп
Cоветы » Советы журнала "Меридиан" » Я думала, моя болезнь отпугнет их, но была не права

Я думала, моя болезнь отпугнет их, но была не права

Я думала, моя болезнь отпугнет их, но была не права

Я собираюсь пойти на свидание с милым парнем, которого встретила в самолете. Он спросил меня, нет ли чего-то такого, что я не ем, пока выбирал ресторан. Я подумала о своем длинном списке. Так: глютен, молоко, сахар, алкоголь, кофеин, все, что вызывает раздражение и воспаление... Я решила сократить свой список до просто глютена и молочных продуктов, и он выбрал мексиканский ресторан. На ужине стало очевидно, что мы нравимся друг другу. Но я чувствовала, что разговор легко идет только на поверхностном уровне, и мой интерес к нему пошел на убыль. И поэтому в качестве эксперимента я решила "начать с уязвимости" и рассказать ему то, о чем я, как правило, избегаю говорить, пока не узнаю кого-то лучше.

После того, как мы сделали заказ, он вежливо спросил меня о причине диетических ограничений, и вместо того, чтобы уклониться от вопроса с неопределенной ссылкой на "проблемы со здоровьем", я сказала ему, что у меня болезнь Лайма и я серьезно больна последние три с лишним года. И пока я говорила ему об этом, я следила за меняющимся в сторону интереса выражение на его лица, и это был интерес ко мне. Когда я закончила рассказ, то начала краснеть, но не из-за стыда, а потому, что это открыло ощутимое притяжение между нами. Сказав все прямо, я боялась, что мужчина отвергнет меня, хотя в реальности именно поэтому я заинтересовала его!

В тот момент я поняла значение уязвимости, которое прежде звучало просто как модно словечко, популяризируемое на лекции Брене Браун "Сила уязвимости". Уязвимость означает обмен с другим человеком именно тем, что тебя пугает. И именно это заставило его подключиться ко мне, потому что в тот момент я стала реальной.

Когда у меня диагностировали болезнь Лайма, то последнее, что я хотела сделать - объявить об этом, в том числе и своему окружению. Я прошла через два с половиной года изнуряющего ада, чтобы выяснить, что со мной случилось. Меня преследовали изматывающая усталость, ужасные боли в теле, постоянное гудение в ушах и нарушение чувствительности. Пока врачи один за другим говорили мне, что я здорова, хотя анализы показали положительный результат на болезнь Лайма, я страдала, находясь в полной изоляции в своем же собственном теле. Поэтому, когда я, наконец, летом 2014 года узнала свой диагноз, то решала начать группу поддержки, чтобы найти утешение в других людях, которые прошли такой же травматический опыт. И Facebook, естественно, стал отправной точкой.

Facebook выступает своего рода местом откровений о болезнях, будь то недуг вашего питомца, вашей мамы или ваш собственный. Мое признание не содержало моего драматического снимка с капельницей в больнице, я просто объявила, что открыла группу поддержки для людей с хронической болезнью Лайма, и спросила, нет ли у вас знакомых, желающих присоединиться? Но до того, как я решилась написать подобное, я колебалась. Действительно ли я хочу, чтобы ребята, с которыми я ходила в старшую школу, знали об этом? Или мои бывшие сокурсники? И почему, на самом деле, я чувствую себя такой уязвимой, объявляя о том, что у меня было заболевание, которое вызвано всего лишь укусом клеща?

В конце концов, я просто блокировала некоторых бывших сокурсников и с тревогой наблюдала за значком уведомлений. И подсчет "лайков" сказал мне, что я поступила правильно. Их было немного, но один из первых я получила от одного парня, с которым ходила в старшую школу и чью кандидатуру рассматривала среди тех, от кого хотела скрыть свое сообщение. Его скромный "лайк" произвел на меня впечатление. Впечатление, которое я носила в себе, когда год спустя написала ему на Facebook о том, не хочет ли он увидеться со мной перед тем, как я перееду из Нью-Йорка в наш родной город.

Я не слишком серьезно думала о нас, проводящих время вместе - всего лишь легкое веселье до того, как я уеду. Но в ту минуту, когда я стояла напротив него на его кухне, я знала, что нас ждет намного больше, чем это. Он предложил мне пиво, я ответила, что не пью. Он спросил, почему. И раз уж я знала, что он видел мое признание, то вместо того, чтобы дать ему одно из смутных объяснений "по состоянию здоровья", я сказала, что это из-за болезни Лайма, которая не сочетается с алкоголем, и именно Лайм является причиной моего возвращения в Сан-Франциско, где мне могут помочь родители, и где живет мой врач.

Он так напряженно смотрел на меня, пока я открывалась ему, а я думала, что не помню, были ли его глаза такими голубыми в старшей школе. И тогда он сказал мне, что тоже не пил, потому что проходил амбулаторное лечение от наркотиков. Это было совсем не то, что я ожидала от него услышать, и ему явно было непросто рассказать мне об этом. Так что мы оба в течение пяти минут раскрыли действительно личные, но основные части себя. И в этот уязвимый момент он перешел из разряда клоуна всего класса, которого я помнила из старшей школы, в очень реального человека, который также прошел через изрядную долю страданий и стыда. Через его кухню искрилась непосредственная связь, носящая особый сексуальный оттенок. В конечном итоге он не пожелал поддерживать отношения на расстоянии, но та ночь была моим первым проблеском силы, идущей с уязвимостью.

У меня был такой период, когда я читала книги советов и слушала различных экспертов из Интернета. Я помню, как один такой "эксперт" по свиданиям говорила, в частности, что на первых свиданиях стоит смягчить удар: не надо говорить о бывших или обсуждать эмоциональные темы, такие, как болезнь вашей матери. Если вы чувствуете, что не можете умолчать о проблеме, она советовала отложить свидания до тех пор, пока вы все не разрешите. Болезнь Лайма в текущий момент является большой частью моей жизни: из-за нее я переехала через всю страну, именно поэтому у меня сейчас нет работы, а я провожу по полдня в постели. Безусловно, это попадает в категорию "не могу умолчать о проблеме".

Но я не знаю, как долго я буду больна. Шесть месяцев? Год? Два года? Я не хочу откладывать свидания на тот момент, когда мне будет ближе к 40 годам. Если мне действительно кто-то понравится, я расскажу им о своей болезни на нашем первом свидании, занимая этим для себя определенную позицию, точно также, как, к примеру, я и сейчас скажу на первом же свидании о том, что я ищу серьезных отношений, которые ведут к замужеству и детям (о чем другой эксперт из разряда "нет всему" говорил "такие слова заставляют хороших парней сбегать"). Если мужчина бежит от всего этого, он все еще может быть хорошим парнем, но не для меня.

Конечно же, встречаться с хронически больными людьми тяжело, и были времена, когда я ощущала себя по-настоящему непригодной для свиданий. Уход за собой все еще мой главный приоритет. Но все еще остается много вещей, которые я могу предложить на встречах, потому что я куда больше, чем моя болезнь: я отличный слушатель, глубокий эмпат, занимательный рассказчик. Иногда свидания - отличный способ вытащить меня из моей головы и постели, даже когда последнее кажется невозможным или, в лучшем случае, нежелательным. Я придерживаюсь стойкого убеждения, что любовь и единение исцеляют. Исследования доказывают это, но мне кажется, что интуитивно мы все знаем, что это правда. И самый быстрый способ любить и обрести связь - показать другому человеку, кем вы являетесь прямо сейчас, в этот несовершенный момент.

© Автор: Елена Васильева
© Фото: depositphotos.com
комментарии:
Bear
Комментарий
Haha, shouldn't you
Ответ #1 дата : Wed July 20, 2016, 20:49:02
Haha, shouldn't you be charging for that kind of kndeewogl?!

Написать комментарий

Обязательные для заполнения поля помечены знаком *.

Если у Вас возникли проблемы с чтением кода, нажмите на картинку с кодом для нового кода.
 

РЕКОМЕНДУЕМ